Акафист за единоумершего

17 декаб­ря 2019 года в акто­вом зале Изда­тель­ско­го Сове­та Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви состо­я­лась тра­ди­ци­он­ная встре­ча с пред­ста­ви­те­ля­ми издательств.

В выступ­ле­нии помощ­ни­ка пред­се­да­те­ля Изда­тель­ско­го Сове­та иеро­мо­на­ха Мака­рия (Комо­го­ро­ва) были при­ве­де­ны при­ме­ры изда­ний, кото­рые наме­рен­но выпус­ка­ют­ся для рас­про­стра­не­ния в цер­ков­ной сети без обра­ще­ния за полу­че­ни­ем гри­фа. Это, в част­но­сти, каса­ет­ся ака­фи­стов, в том чис­ле таких как «ака­фист о еди­но­умер­шем» и «ака­фист жен, чад сво­их во утро­бе загу­бив­ших». Этим изда­ни­ям было отка­за­но в предо­став­ле­нии гри­фа, поэто­му их рас­про­стра­не­ние в цер­ков­ной сети недопустимо.

Источ­ник: Патриархия.ру

* * *

Что не так в акафисте за единоумершего

Не пер­вый год сре­ди пра­во­слав­ных име­ет хож­де­ние «Ака­фист за еди­но­умер­ше­го». Его мож­но най­ти в цер­ков­ных лав­ках — как отдель­ным изда­ни­ем, так и в сбор­ни­ках заупо­кой­ных молит­во­сло­вий. При этом важ­но заме­тить, что дан­ный ака­фист рас­про­стра­ня­ет­ся без Гри­фа Изда­тель­ско­го Сове­та Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, с 2011 года обя­за­тель­но­го для всех печат­ных изда­ний, пред­на­зна­чен­ных для сети цер­ков­ной кни­го­тор­гов­ли. Более того, в Изда­тель­ском сове­те кон­крет­но это­му ака­фи­сту было отка­за­но в при­сво­е­нии Гри­фа, там же заяви­ли о недо­пу­сти­мо­сти его рас­про­стра­не­ния сре­ди верующих.

И это не уди­ви­тель­но, так как в тек­сте «Ака­фи­ста за еди­но­умер­ше­го» содер­жат­ся про­ти­во­ре­ча­щие пра­во­слав­но­му веро­уче­нию выска­зы­ва­ния, а так­же про­сле­жи­ва­ют­ся явные заим­ство­ва­ния из древ­не­еги­пет­ской рели­ги­оз­ной мифологии.

Но преж­де чем начать раз­бор содер­жа­ния «Ака­фи­ста за еди­но­умер­ше­го», сто­ит заме­тить, что вооб­ще ака­фист как жанр пра­во­слав­ной цер­ков­ной гим­но­гра­фии – это хва­леб­но-бла­го­дар­ствен­ное пение, посвя­щён­ное Богу, Бого­ро­ди­це, анге­лу или свя­тым, и дан­ный фор­мат никак не может соче­тать­ся с молит­вой об усоп­шем. Уже само назва­ние «Ака­фист за еди­но­умер­ше­го» вызы­ва­ет неко­то­рое удив­ле­ние и настороженность.

Кто автор дан­но­го ака­фи­ста неиз­вест­но, но мож­но с уве­рен­но­стью ска­зать, что он име­ет не толь­ко невер­ное пред­став­ле­ние о неко­то­рых сто­ро­нах пра­во­слав­но­го веро­уче­ния, но и в той или иной сте­пе­ни зна­ком с древ­не­еги­пет­ской рели­ги­оз­ной мифо­ло­ги­ей, зна­ния о кото­рой не пре­ми­нул исполь­зо­вать. Так что в ито­ге в ака­фи­сте мы нахо­дим, поми­мо про­ти­во­ре­ча­щих уче­нию Церк­ви тек­стов, обра­зы и рече­вые обо­ро­ты из древ­не­еги­пет­ских мифов, и даже неоязы­че­ских сла­вян­ских заговоров.

Теперь обо всем по порядку.

И нач­нем с заим­ство­ва­ний из древ­не­еги­пет­ской мифологии.

Ака­фист содер­жит очень стран­ные стро­ки, боль­ше похо­жие на закли­на­ния: «Да не будет на зем­ли горь­ких вос­по­ми­на­ний о нем» (Икос 1), «Да сги­нет наве­ки память гре­хов» (Икос 3), «Да погиб­нут в моги­ле пле­ве­лы гре­хов тво­их» (Кондак 7). Схо­жие обо­ро­ты речи мож­но най­ти в древ­не­еги­пет­ских язы­че­ских заго­во­рах из «Кни­ги мерт­вых», состав­лен­ных язы­че­ски­ми жре­ца­ми с целью помочь умер­ше­му обре­сти покой и бла­го­по­лу­чие в ином мире. Вот неко­то­рые цита­ты из нее: «Да не про­го­нит меня никто от вождей-татау», «Да не сде­ла­ет никто так, что­бы ты (серд­це) выпа­ло из меня в при­сут­ствии Хра­ни­те­ля весов», «Да не будут мне нане­се­ны смер­тель­ные раны, и да не буду я вспо­рот рогами».

Сти­ли­сти­ка закля­тий типа «да сги­нет», недо­пу­сти­ма в пра­во­слав­ной гим­но­гра­фии и в молит­вах. Сло­во «сгинь» харак­тер­но для оккульт­ных заго­во­ров, а не для пра­во­слав­ных молитв. Подоб­ный под­ход исполь­зу­ют так­же совре­мен­ные неоязыч­ни­ки, состав­ляя заго­во­ры типа: «Огнём очи­щая, мощь душ отво­ряя, спа­си чадо Бога, да сги­нет хво­ро­ба». Надо чет­ко пони­мать, что пра­во­слав­ные про­сят у Бога и Свя­тых, а не заклинают.

Автор ака­фи­ста, фор­ми­руя в тек­сте образ спя­ще­го в моги­ле покой­ни­ка, поме­ща­ет такие при­зы­вы обра­щен­ные к Гос­по­ду Иису­су Хри­сту: «Освя­ти его могиль­ный покой» (Икос 5), «Спит он веч­ным сном моги­лы» (Кондак 6). И далее в ико­се 11-ом: «Про­бу­ди его, когда тер­ния зем­ли обле­кут­ся цве­том веч­но­сти». Воз­ни­ка­ет впе­чат­ле­ние, что в этих стро­ках гово­рит­ся не про­сто о брен­ном теле умер­ше­го как об остав­лен­ной душой телес­ной обо­лоч­ке, но в целом о нем самом, а зна­чит и о его душе. В ито­ге соглас­но ака­фи­сту полу­ча­ет­ся, что как тело умер­ше­го, так и его душа засы­па­ют «веч­ным сном моги­лы» до вре­ме­ни про­буж­де­ния в день все­об­ще­го вос­кре­се­ния. Но в пра­во­слав­ном уче­нии нет тако­го. Цер­ковь учит, что душа про­дол­жа­ет жить, чув­ство­вать и мыс­лить, и она соеди­нит­ся с телом в назна­чен­ное вре­мя. И хотя автор ака­фи­ста в конда­ке 3‑ем пишет об остав­ля­ю­щей тело душе, все же выше­при­ве­ден­ные цита­ты спо­соб­ны создать у чита­ю­ще­го ака­фист невер­ное пред­став­ле­ние о посмерт­ном бытии чело­ве­ка. При­зыв ака­фи­ста про­бу­дить покой­но­го так­же некор­рек­тен и вновь напо­ми­на­ет еги­пет­ские рели­ги­оз­ные мифы, в кото­рых допус­ка­лось про­буж­де­ние мертвых.

В ака­фи­сте есть еще одна очень стран­ная строч­ка, свя­зан­ная с загроб­ным сном: «Да не омра­чит ничто зем­ное его послед­не­го сна» (Икос 11). Нигде в пра­во­слав­ном уче­нии не гово­рит­ся о том, что про­ис­хо­дя­щее на зем­ле может омра­чить суще­ство­ва­ние тех, кто нахо­дит­ся в мире ином. А древ­ние егип­тяне вери­ли в то, что неко­то­рые зем­ные собы­тия могут омра­чить суще­ство­ва­ние умер­ших. Поэто­му, види­мо, автор ака­фи­ста исполь­зо­вал дан­ное «закли­на­ние» в сво­ем произведении.

Затем в ака­фи­сте мы встре­ча­ем обра­ще­ние моля­ще­го­ся к умер­ше­му, кото­рое нель­зя най­ти ни в одном дру­гом пра­во­слав­ном заупо­кой­ном молит­во­сло­вии. И вновь в свя­зи с этим воз­ни­ка­ют пря­мые ассо­ци­а­ции с древ­не­еги­пет­ски­ми рели­ги­оз­ны­ми тра­ди­ци­я­ми, а имен­но с «риту­аль­ным погре­баль­ным пла­чем», где подоб­ные обра­ще­ния присутствуют.

Вполне веро­ят­но, что неко­то­рые, про­чи­тав выше­при­ве­ден­ные дово­ды, усо­мнят­ся в пря­мой свя­зи ука­зан­ных цитат из ака­фи­ста с древ­не­еги­пет­ски­ми рели­ги­оз­ны­ми закли­на­ни­я­ми. Но автор ака­фи­ста, воз­мож­но не желая того спе­ци­аль­но, сам дает нам понять, что связь его рас­суж­де­ний с древ­не­еги­пет­ской мифо­ло­ги­ей самая что ни на есть пря­мая. В ико­се 11-ом об умер­шем напи­са­но так: «Он уснул с надеж­дою, подоб­но Нилу-реке пред холод­ной зимой». С какой ста­ти пра­во­слав­но­му соста­ви­те­лю нуж­но было исполь­зо­вать образ реки Нил, боль­ше свой­ствен­ный древ­не­еги­пет­ской рели­гии? Поче­му имен­но Нил? Не есть ли это резуль­тат сме­ши­ва­ния обра­зов и поня­тий древ­не­еги­пет­ской рели­гии с пра­во­сла­ви­ем, допу­щен­ный авто­ром акафиста?

Но конеч­но, самое важ­ное, на что сле­ду­ет нам обра­тить вни­ма­ние — это то, что в ака­фи­сте встре­ча­ют­ся про­ти­во­ре­ча­щие пра­во­слав­но­му веро­уче­нию выражения.

Вот, к при­ме­ру, цита­та из «ака­фи­ста»: «…Иису­се, пред­ста­тель­ством всех свя­тых даруй ему бла­го­дать молит­вы о живых. Иису­се, во дни испы­та­ний наших при­ми его хода­тай­ство о нас» (Икос 7). Соглас­но цер­ков­но­му пре­да­нию после сво­ей зем­ной кон­чи­ны толь­ко свя­тые люди могут молить­ся о живу­щих, пред­ста­тель­ство­вать за них пред Богом. Чело­век после смер­ти не может изме­нить свое внут­рен­нее состо­я­ние. Если он свят, то он помо­лит­ся о нас живу­щих. Если же его душа повре­жде­на и исто­ще­на гре­ха­ми, то как раз наобо­рот, он сам нуж­да­ет­ся в наших о нем молитвах.

Так­же в ака­фи­сте при­сут­ству­ет такой при­зыв: «Иису­се, в наших сле­зах при­и­ми его пока­я­ние» (Икос 4). Пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин пишет: «Паде­ние для анге­лов есть то же самое, что для людей – смерть. Ибо после паде­ния для них невоз­мож­но пока­я­ние, как и для людей после смер­ти». Сам чело­век в ином мире уже не может при­не­сти долж­но­го пока­я­ния, об изме­не­нии его уча­сти толь­ко могут молит­ся о нем живу­щие здесь на земле.

Обра­ща­ют на себя вни­ма­ние отзы­вы людей, читав­ших «Ака­фист за еди­но­умер­ше­го». Они жалу­ют­ся на то, что он про­во­ци­ру­ет меч­та­тель­ность во вре­мя молит­вы — чув­ства опас­ные и чуж­дые пра­во­слав­ным и более свой­ствен­ные като­ли­кам и оккуль­ти­стам. При­ме­ром про­во­ци­ро­ва­ния таких чувств вполне может слу­жить сле­ду­ю­щий при­зыв из ака­фи­ста: «Иису­се, дай нам почув­ство­вать бла­го­дат­ную силу заупо­кой­ной молит­вы» (Икос 9).

Под­во­дя итог, сле­ду­ет ска­зать, что дан­ный ака­фист в силу содер­жа­щих­ся в нем отступ­ле­ний от уче­ния Пра­во­слав­ной Церк­ви спо­со­бен сфор­ми­ро­вать у чита­ю­щих невер­ное пред­став­ле­ние о пра­во­слав­ной вере, от чего всю исто­рию Цер­ковь Хри­сто­ва стре­ми­лась огра­дить сво­их вер­ных чад. Пра­во­слав­ные при­об­ре­та­ют этот ака­фист и начи­на­ют читать по сво­им умер­шим кре­ще­ным род­ствен­ни­кам про­ти­во­ре­ча­щие пра­во­слав­но­му уче­нию молит­во­сло­вия с явны­ми заим­ство­ва­ния из язы­че­ства. Что ни в коем слу­чае недопустимо!

Поэто­му, всем жела­ю­щим помя­нуть усоп­ших близ­ких или зна­ко­мых сле­ду­ет обра­тить­ся к непре­ре­ка­е­мо­му молит­вен­но­му пра­ви­лу — Кано­ну за еди­но­умер­ше­го.

Яра­сов А.В., заме­сти­тель руко­во­ди­те­ля Мис­си­о­нер­ско­го отде­ла Туль­ской епар­хии Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви