Об издании Остромирова евангелия и о содействии Московского митрополита Филарета выпуску в свет этого издания

Записка П.И. Савваитова , действительного члена общества любителей духовного просвещения. Издание Остромирова Евангелия было чрезвычайно крупным явлением в области славянской филологии. Но появление в свет этого издания встретило такие затруднения, которые, по тому времени, казались непреодолимыми, если бы в этом деле не пришлось принять участия Московскому митрополиту Филарету. В предисловии к напечатанным в журнале Министерства Народного Просвещения бумагам высокопреосвященного Филарета профессор М.И. Сухомлинов говорит: «бесспорною заслугой Филарета останется навсегда его содействие учёным трудам, обогащавшим русскую науку драгоценными вкладами. Таков знаменитый труд Горского и Невоструева: „Описание славянских рукописей Московской синодальной библиотеки“. Таковы превосходные монографии в Прибавлениях к Творениям Св. Отец, издаваемых в русском переводе учёными Московской духовной академии. При этом следует упомянуть, что Филарету наука обязана до некоторой степени появлением в свет филологического сокровища славянства – Остромирова Евангелия, при издании которого встречались препятствия, как можно заключить отчасти из некоторых пояснений и оговорок учёного издателя» 1 . С какими препятствиями встретилось издание Остромирова Евангелия и в чём состояло содействие высокопреосвященного Филарета выходу в свет этого драгоценного памятника славянской письменности, показывает предлагаемая нами официальная переписка, содержащая в себе любопытные данные по этому предмету. 18 ноября 1840 г. A.X. Востоков обратился к тогдашнему обер-прокурору Святейшего Синода графу Н.А. Протасову со следующею докладною запиской: «Намерен быть издан в свет составленный мною список с древнейшей Словенской рукописи, хранящейся в здешней Императорской Публичной Библиотеке, – с Остромирова Евангелия, писанного в 1056 году, к которому я приложил Греческий текст Евангелий и грамматические объяснения, я покорнейше прошу Ваше Сиятельство исходатайствовать мне от Святейшего Синода дозволение к напечатанию сего списка. Цель издания сего есть учёная, относящаяся к исследованию древнего Словенского языка и к удовлетворению желания любителей древностей. Статский советник А. Востоков». Записка эта была предложена гр. Протасовым Святейшему Синоду, который определением от 27 ноября – 21 декабря постановил: «приготовленное статским советником Востоковым к изданию Остромирово Евангелие 1056 года препроводить при указе в С.-Петербургский Комитет для цензуры духовных книг с тем, чтобы он, по тщательном рассмотрении сей рукописи, предполагаемой г-м Востоковым к изданию, представил в Святейший Синод своё заключение с возвращением и самой рукописи». Синодский указ, за № 16,887, помечен 23 декабря 1840 года. Получен 30 декабря. Предписанное Синодом «тщательное рассмотрение рукописи», по существовавшим в то время порядкам, конечно, давало возможность Комитету затянуть дело на неопределённое время; но, спустя два месяца по доставлении рукописи в Комитет (именно 28 февраля 1841 г.), из канцелярии обер-прокурора последовал запрос: «в каком положении находится дело по указу Святейшего Синода от 23 декабря 1840 года о рассмотрении составленного стат. совет. Востоковым списка Остромирова Евангелия» 2 . Комитет отвечал, что «составленный г-м Востоковым список Остромирова Евангелия рассматривается в общем собрании членов Комитета и рассмотрение оного может быть окончено в продолжение текущего (марта) месяца». Прошёл этот месяц, а известия о рукописи не было; тогда «вследствие приказания Святейшего Синода, 3-я экспедиция 1-го отделения синодальной канцелярии просит цезурный Комитет поспешить представлением в Святейший Синод требуемого указом оного от 23 декабря истекшего года заключения о приготовленном стат. советн. Востоковым к изданию Остромировом Евангелии 1056 года» 3 . Из определения Комитета видно, что это отношение было принято к сведению и приобщено к делу. Спустя три недели, канцелярия обер-прокурора, напоминает Комитету, что он «от 3 минувшего марта, № 41, уведомлял сию канцелярию, что по указу Святейшего Синода 3 декабря 1840 года рассмотрение составленного г-м Востоковым списка Остромирова Евангелия может быть окончено в продолжение того марта месяца; между тем в Святейшем Синоде не получено из Комитета представления по означенному предмету, – просит уведомить: на чём останавливается исполнение упомянутого указа Св. Синода 23 декабря 1840 года» 4 . В ответе своём на этот вопрос Комитет сообщил, что «исполнение означенного указа останавливается на пересмотре и переписке замечаний, сделанных Комитетом на Остромирово Евангелие». Вскоре за этим Комитет представил Святейшему Синоду следующее «доношение»: «В исполнение указа Святейшего Правительствующего Синода от 23 декабря 1840 года, за № 16,887, Комитет, рассмотрев Остромирово Евангелие, предполагаемое к изданию А. Востоковым, и присовокуплённые к оному издателем: Греческий текст, приспособленный к Славянскому Остромирову, изображения трёх Евангелистов и Сборник церковный, также примечания, грамматические правила Славянского языка, извлечённые из Остромирова Евангелия, и Словоуказатель, и сличив Славянский и Греческий текст Остромирова Евангелия с общепринятыми у нас текстами, и сверх того Славянский текст Остромирова Евангелия с Греческим текстом, присовокуплённым к оному издателем, a Сборник церковный с месяцесловами – полным Московским, печатанным в 1818 году и с Киевским 1832 года, – нашёл, что а) между Славянским текстом Остромирова Евангелия и Славянским текстом, ныне употребляемым, есть несходство, состоящее частью в прибавлении и опущении не только слов и выражений, но и целых стихов, частью в употреблении таких слов и выражений, кои изменяют мысль нынешнего текста; б) Греческий текст, приложенный издателем к Славянскому, кроме того, что не согласен с общепринятым у нас текстом, не соответствует во многом и Остромирову Славянскому. в) В церковном Сборнике весьма многие числа месяцев, с дневными Евангелиями и празднуемыми святыми, совершенно опущены; в числе Святых под известными числами месяцев значатся такие, кои по месяцесловам Московскому и Киевскому значатся под другими числами; встречаются и такие, которых или вовсе нет в означенных месяцесловах, или имена и проименования коих значительно изменены. Большая часть таковых разностей не означена и не объяснена ни в примечаниях, ни в Словоуказателе, приложенных к Остромирову Евангелию. г) В изображении трёх Евангелистов символы их представлены подающими свитки, а в воображении Евангелиста Луки при символе его находятся слова: сим образом телчем Дух Святый явися Луце; и сверх того на изображённых книгах пред Лукою и Марком выставлены слова – пред Лукою: от Луки святаго Евангелия чтение; пред Марком: от Марка святаго Евангелия чтение. Вследствие сего Комитет мнением полагает, что Остромирово Евангелие может быть одобрено к изданию в свет только в том случае, если издатель а) сделает замечания на все места Остромирова Евангелия, которые не сходны с Славянским текстом общеупотребительным; б) из существующих изданий и чтений изберёт такой Греческий текст, который бы сколько возможно точнее соответствовал тексту Остромирова Евангелия, и при сем все чтения, не согласные с общепринятым, подтвердит надлежащими ссылками на издания, в коих они значатся, а в тех случаях, когда нельзя найти чтения соответственного Славянскому тексту Остромирова Евангелия, сделает нужные замечания и объяснения; в) в Сборнике замеченные Комитетом разности, а в изображениях Евангелистов несообразности объяснит или оговорит в примечаниях. Каковое мнение Комитета нижайше представляет Святейшему Правительствующему Синоду на благоусмотрение, прилагая при сем выписку разностей в чтениях между Славянским текстом Остромирова Евангелия и общепринятым, и равно между Греческим текстом, приложенным к Остромирову Евангелию, и текстом общепринятым, и выписку разностей между Сборником церковным Остромирова Евангелия и Месяцесловами Московским и Киевским, а также препровождая обратно и самое Остромирово Евангелие, предполагаемое к изданию А. Востоковым» 5 . Выписка разностей в чтениях между Славянским текстом Остромирова Евангелия и общепринятым. Выписка разностей между Греческим текстом, приложенным к Остромирову Евангелию, и общепринятым. Выписка о святых, значащихся по Сборнику Церковному при Остромировом Евангелии, но не значащихся ни в Киевском, печатанном в 1832, ни в полном Московском, печатанном в 1818 году, месяцесловах. В сентябре. В октябре В ноябре. В декабре. В генваре. В марте. В апреле. В мае. В июне. В июле. В августе. Числа месяцев, в которых по Остромирову Евангелию не положено читать дневное Евангелие. В сентябре: 7, 18, 19, 21, 22, 25, 27, 28, 29; в октябре: 4, 9, 10, 12, 14, 15, 16, 17, 19, 22; в декабре: 30, 31; в марте: 27. Следующие числа пропущены в Остромировом Евангелии. В ноябре: 2, 3, 9, 10, 12, 19, 22, 23, 24, 26, 29; в декабре: 2, 3, 4, 7, 8. 9, 10, 11, 12, 21; в генваре: 3, 4, 5, 9, 11, 12, 13, 15, 19, 21, 23; в феврале: 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 15, 21, 22; в марте: 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 19, 20, 21, 23 оканчивается; в апреле: 2, 3, 4. 5, 6, 7, 8, 9, 10, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 24, 28, 29; в мае: 3, 5, 7, 9, 10, 13, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 22 оканчивается; в июне: 3, 7, 8, 9, 10, 12, 13, 16, 17, 19, 20, 21, 23, 26; в июле: 3, 4, 5, 6, 9, 10, 12, 13, 17, 18, 19, 21, 24, 28, 30; в августе: 3, 4, 8, 11, 12, 13, 17, 19, 26, 27, 28. Если бы это донесение цезурного Комитета было предложено Святейшему Синоду и утверждено им, то Востокову пришлось бы или отложить издание своего труда, или же принять на себя новый труд – богослова и церковного историка, что вовсе не входило в план предпринятого издания. Но граф Протасов дал другое направление делу, в котором очевидно принимал живое участие: он отправил донесение цензурного Комитета к Московскому митрополиту Филарету с просьбою сообщить ему мнение его высокопреосвященства по этому предмету 6 . Митрополит не замедлил дать следующий ответ: Сиятельнейший граф, Милостивый государь! Отношением от 17 июня, №·4050, полученным мною 25 дня, вашему сиятельству угодно было требовать моего мнения по делу о издании Остромировой рукописи Евангелия. Для сего нужно рассмотреть замечания, сделанные цензурным Комитетом. Замечание 1. Между Словенским текстом Остромировым и нынешним есть несходство. Ответ. И невозможно было ожидать, чтобы текст XI века был буквально сходен с текстом XVIII века. Между рукописями и печатными изданиями, настолько разделёнными временем, есть несходства. Много таких несходств опубликовано Святейшим Синодом в предисловии к изданию Словенской Библии . Следовательно, не беда если такие несходства явятся и в издании Остромирова текста. Нельзя не обратить внимания на некоторые частные замечания несходств, сделанные цензурным Комитетом. В рукописи лист 142: сребрник. В нынешнем тексте: пенязь. Нельзя понять, какое тут находит цензурный Комитет сомнение и чего опасался от сего разноречия. Цензурный Комитет заметил, что на листе 240 пропущены три стиха десятой главы Евангелия от Матфея, именно: 2, 3, 4. Сие замечание относится не к предосуждению рукописи. но к предосуждению составителя замечаний, обличая его в незнании порядка церковных чтений. Раскройте церковное издание Евангелия. Там увидите пред стихом вторым: пресигуны святым врачем. То-есть: не читай следующих стихов, когда читаешь в память безмездных врачей. А после третьего стиха сказано: чти врачем. Григорий диакон писал Евангелие для чтения в церкви в день памяти безмездных врачей Космы и Дамиана. Для чего же было ему писать стихи, которых по уставу не велено читать в сей день в церкви? Приведём пример разночтения иного рода. На листе 47 написано: прослави мя отче славою, юже имех прежде даже не бысть мир у тебе . Это – повреждение текста. Но опубликовать его печатанием не только не вредно, но ещё полезно. Писцу надлежало написать: прослави мя отче славою, юже имех у тебе прежде даже не бысть мир. Слово: у тебе – он пропустил. Что делать? Не переписывать же целый лист. Он приписал сие слово на конце: не бысть мир у тебе ; и повредил текст, частию даже и смысл. Но как происхождение описки очевидно: то такой пример полезно указать любителям старины, чтобы не почитали всего старинного непогрешительным без разбора, и чтобы могли понять надобность бывшего исправления книг. Ещё пример. Лист 54: не ѹ б Духъ Стыи данъ . Это такое разноречие с обыкновенным текстом, которое богослов с радостию встретит в древнем тексте: потому что оно защищает и объясняет одно из трудных мест Евангелия от Иоанна. Замечание 2. Греческий текст, приложенный к Остромирову, не согласен с общепринятым у нас текстом. Ответ. А какой Греческий текст замечатель признаёт общепринятым? На Словенском есть текст, именно тот, которого издание, по исследовании, утверждено Святейшим Синодом. Греческого текста, подобным образом православною Иерархиею исследованного и окончательно для всеобщего употребления утверждённого, нет. Чего же требуют от издателя? Можно требовать от него только, чтобы он избрал хорошее издание: он это и сделал. Издание Приция – из хороших между старыми; издание Шольца (римско-католика) – из лучших между новыми. Не очень удовлетворительно то, что он следовал то тому, то другому, а иногда и вариантам, и не означал, где именно чему следовал: но его цель была не та, чтобы издать лучший Греческий текст, а та, чтобы посредством Греческого, сходного c Словенским, дать Остромирову тексту общевразумительность Европейскую. Цель для учёности полезная, и к чести Словенства служащая; и средство для сего употреблено терпимое. Замечание 3. В Церковном Сборнике, или Месяцеслове, многие числа месяцев опущены. Ответ. Нет никакой беды, и причина понятна. Остромиров писец писал не полные Святцы, а указывал дни тех святых, которым положены особые чтения из Евангелия. Замечатель не пропустил, что в Остромировых Святцах не упомянуто 22 октября о праздновании Божией Матери в честь иконы Её Казанской. Удивительно! Разве писцу XI века надлежало пророчествовать, что в 1613 г. установлен будет сей праздник? Замечание 4. В числе святых Остромирова Месяцеслова встречаются некоторые не в тех днях, в которых показаны в обыкновенных Месяцесловах. Ответ. И это не беда. Такая разность есть и в других Месяцесловах. Св. Димитрий в Четией-Минее иногда её указывает. Замечание 5. В Остромировых Святцах встречаются святые, которых нет в обыкновенных Месяцесловах. Ответ. Это не только не беда: посему Остромировы древние Святцы заслуживают особенное внимание исследователей церковной древности. Замечание 6. На изображении св. Евангелиста Луки есть надпись: сим образом телчем Дух Святый явися Луце. Ответ. Надпись подлинно нерассудительная. Что же делать? Опустить её? – Как скоро примечено будет в издании одно опущение: дан будет случай к сомнению не повреждён ли текст Остромирова Евангелия и в других местах издания. Это сделало бы вред изданию. Посему надлежит, по моему мнению, допустить и сию надпись к изданию: а в предисловии, или в примечании, упомянуть, что рассудительный читатель сие мудрование иконописца XI века, без сомнения, не примет за учение Церкви; и что оно в сем издании допущено с тем только, чтобы печатная книга во всех частях была согласна с рукописью, и чтобы любознательные могли рассматривать здесь и светлую, и туманную сторону древности. Замечание 7. На изображении св. Евангелиста Луки надписано: От Луки святаго Евангелия чтение. Подобно и на изображении св. Марка. Ответ. Это несообразность безвредная, и потому не заслуживает преследования цензуры. За сим предлежат рассмотрению требования цензурного Комитета. Первое требование. Сделать замечания на все места Остромирова Евангелия, несходные с обыкновенным текстом. Требование сие неудобоисполнимо. Это требует огромного труда. Труд сей, чтобы мог быть удовлетворителен, требует богослова. Г-н Востоков, археолог и литератор, обязанности богослова на себя не примет. На чём основано сие требование? И какая в нём нужда? Второе требование. Избрать Греческий текст наиболее сходный с Остромировым. Это издатель и сделал по своему соображению. А чтобы дать в сем отчёт не только указаниями, но и замечаниями, сие требование почти так же неудобоисполнимо, как и первое. Третье требование. Разности в Месяцеслове объяснить или оговорить в примечаниях. Это опять дело, за которое удобнее взяться члену духовной академии, нежели светскому учёному; притом нет в сем и надобности, как показано выше, в ответах на замечания цензурного Комитета 3, 4 и 5. По моему мнению можно: 1 . сделать дополнение к предисловию, где показать, что издатель представляет памятник древности как он есть, и объясняет оный только в отношении к языку; а объяснить оный в отношении к богословию и церковной истории предоставляет занимающимся сими предметами; что Греческий текст представляет он не как образцовый, но как служащий к объяснению Словенского текста. К сему можно было бы присовокупить некоторые соображения и примеры, предложенные выше, но при том, разумеется, изложить их как предупреждение читателя, а не как ответы на замечания; 2 . под сим условием дозволить издание рукописи. Впрочем, предоставляю дело сие дальнейшему усмотрению Святейшего Синода. Филарет Митрополит Московский. № 258. Июля 3 дня 1841. Получив это мнение Московского митрополита, граф Протасов предложил его вместе с донесением цензурного Комитета Святейшему Синоду, в котором лишь 22–31 декабря состоялось определение: «предоставить г-ну обер-прокурору и кавалеру графу Н. А. Протасову известить г-на стат. советн. Востокова, что Св. Синод, находя полезную цель в предполагаемом им издании списка с древнейшей Словенской рукописи Остромирова Евангелия, разрешает исполнить это предприятие с тем, чтобы он, г-н. Востоков, сделал по указаниям преосвященного митрополита Филарета дополнение к предисловию и это дополнение представил на предварительное рассмотрение Св. Синода». В исполнение сего определения директор канцелярии обер-прокурора писал Востокову от 29 января 1842 г. за № 664: Милостивый государь Александр Христофорович! Вследствие просьбы вашей, милостивый государь, к его сиятельству г-ну обер-прокурору Св. Синода в ноябре 1840 г. об исходатайствовании разрешения на предположенное вами надание рукописи: Остромирово Евангелие, рукопись сия рассмотрена была цензурным Комитетом и после того дано было об ней особое мнение преосвященным Филаретом, митрополитом Московским и Коломенским. Сообразив отзывы Комитета и митрополита Московского и находя полезную цель в предполагаемом вами издании, Св. Синод положил разрешить вам, милостивый государь, исполнить ваше предположение с тем, однако ж, чтобы сделали по указаниям преосвященного митрополита Филарета дополнение к предисловию издаваемой рукописи, и чтобы дополнение это было представлено на предварительное рассмотрение Св. Синода. Уведомляя вас о сем и препровождая выписку из мнения митрополита Московского, сообразно которому должно быть сделано дополнение к предисловию, а также полученную от вас рукопись Остромирова Евангелия, покорнейше прошу вас, милостивый государь, по надлежащем изменении предисловия, не оставить возвратить ко мне как рукопись вашу с дополнением, так и означенную выписку для дальнейшего по просьбе вашей распоряжения. При сем, по поручению его сиятельства г-на. обер-прокурора Св. Синода, имею честь сообщить вам, что сверх означенного изменения, следует вместо сказанного о том, что Остромирово Евангелие найдено было в гардеробе Императрицы Екатерины II-й сказать, что оно найдено в её покоях. С совершенным почтением а преданностию имею честь быть вашим, милостивый государь, покорнейшим слугою К. Сербинович. № 661. 29 января 1842. Дальнейший ход дела можно видеть из следующей переписки: Письмо Востокова к Сербиновичу. Милостивый государь Константин Степанович! Имею честь препроводить к вашему превосходительству при сем рукопись мою Остромирова Евангелия со сделанным к предисловию дополнением по указаниям митрополита Филарета Московского . Я показывал предварительно это дополнение высокопреосвященному Филарету, и он изволил одобрить оное. Так же и то место в предисловии, на которое изволил указать его сиятельство г-н обер-прокурор Святейшего Синода. Мне остаётся покорнейше просить вас, милостивый государь, поспешить теперь представлением этой рукописи в Синод и в духовную цензуру, дабы я мог скорее приступить к печатанию. С совершенным почтением и преданностию имею честь быть вашего превосходительства покорнейшим слугою А. Востоков. 6 февраля 1842 года. Отношение графа Протасова к митрополиту Филарету. Высокопреосвященнейший владыко, Милостивый государь и архипастырь. Г-н статский советник Востоков, которому, по определению Святейшего Синода, сообщены были замечания вашего высокопреосвященства на приготовленную им к изданию рукопись Остромирова Евангелия, ныне, вновь представляя оную, с сделанным к предисловию дополнением, просит о разрешении к печатанию рукописи. Предварительно предложения о сем Святейшему Синоду, считаю нужным препроводить означенную рукопись к вашему высокопреосвященству и просить вас, милостивый государь и архипастырь, об уведомлении меня, изволите ли найти предисловие к рукописи в настоящем его виде удовлетворительным для разрешения к печатанию. При сем на случай надобности прилагается выписка из определения Святейшего Синода от 31 декабря прошлого года, № 18,841 по сему делу, которую покорнейше прошу ваше высокопреосвященство не оставить возвратить мне вместе с рукописью. С совершенным почтением и преданностию имею честь быть вашего высокопреосвященства, милостивого государя и архипастыря покорнейшим слугою Граф Протасов. № 1008. 13 февраля 1842. Ответ митрополита Филарета графу Протасову. Сиятельнейший граф, Милостивый государь! Препровождённое ко мне от вашего Сиятельства предисловие к изданию Остромировой рукописи Евангелия, по рассуждению Святейшего Синода, статским советником Востоковым дополненное, мною рассмотрено; и теперь оно, по моему мнению, достаточно для того, чтобы предварить читателя нужными для него сведениями, и предупредить сомнения или неблагоприятные заключения. Возвращая при сем препровождённую ко мне рукопись Евангелия и выписку из определения Святейшего Синода 31 декабря 1841 года, с совершенным почтением и преданностию имею честь быть вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга Филарет митрополит Московский. № 58. 14 февраля 1842. Предложение графа Протасова Святейшему Синоду. Вследствие определения Святейшего Синода от 31 декабря прошедшего года по делу об издании рукописи Остромирова Евангелия г-м статским советником Востоковым составлено на основании указаний преосвященного Филарета, митрополита Московского, дополнение к предисловию того издания, причём сделаны некоторые изменения в начале предисловия, а именно: на странице 1-й в строке 2-й снизу слово «гардеробе» заменено словом «покоях» и на обороте той же страницы в строках 5-й и 6-й исключены слова: «каким образом она осталась забытою в гардеробе». По рассмотрении затем сего предисловия преосвященный митрополит Московский дал отзыв, что оно, по мнению его, в настоящем виде достаточно для того, чтобы предварить читателя нужными для него сведениями и предупредить сомнения или неблагоприятные заключения. Посему имею честь предложить Святейшему Синоду означенную приготовленную к изданию рукопись с предисловием для дальнейшего об оной распоряжения. Обер-прокурор граф Протасов. Директор Сербинович. 17 февраля 1842. № 1125. Определение Святейшего Синода 20–28 февраля 1842 г. Рукопись Остромирова Евангелия, приготовленную к изданию статским советником Востоковым, препроводить в С.-Петербургский Комитет для цензуры духовных книг, с тем чтобы на напечатание сей рукописи с предисловием дал он от себя установленным порядком билет с надлежащею скрепою по листам. О чём и послать Комитету указ с приложением при оном для нужных соображений, сверх упомянутой рукописи, списка с отзыва к г-ну обер-прокурору синодального члена преосвященного митрополита Московского Филарета за № 256 и выписки из определения Святейшего Синода от 22 декабря 1841 г., предписав притом Комитету донести Святейшему Синоду об окончательных распоряжениях по сему предмету 7 . Письмо Сербиновича к Востокову. Милостивый государь Александр Христофорович! По поручению его сиятельства г-на обер-прокурора Святейшего Синода, имею честь уведомить вас, милостивый государь, что приготовленная вами к изданию рукопись Остромирова Евангелия – для выдачи билета на напечатание оной – препровождена из Святейшего Синода в С.-Петербургский Комитет для цензуры духовных книг. С совершенным почтением и преданностию имею честь быть вашим, милостивый государь, покорнейшим слугою К. Сербинович. № 1786. 15 марта 1842. В исполнение означенного синодского указа, цензурный Комитет 12 марта постановил: «Рукопись Остромирова Евангелия скрепив по листам и одобрив к печатанию, препроводить к издателю её статскому советнику г-ну Востокову, о чём и донести Святейшему Синоду». 28 сентября следующего 1843 года член Комитета архимандрит Иоасаф доложил Комитету, что он «сверил представленное из типографии Императорской академии наук напечатанное Остромирово Евангелие, и нашёл, что оно напечатано сходно с одобренным цензурою оригиналом». Комитет определил «выдать билет на выпуск в свет Остромирова Евангелия». Вслед за сим явилось в свет издание этого ближайшего к началу Славянской письменности памятника церковно-славянского языка под заглавием – Остромирово Евангелие 1056–57 годы. С приложением Греческих Евангелий и с грамматическими объяснениями, изданное А. Востоковым. С.-Петербург 1843. Журн. Мин. Нар. Просв. 1868, янв., стр. 3. – Из предлагаемой записки можно видеть, что не до некоторой степени, а главным образом наука обязана митрополиту Филарету выпуском и свет Остромирова Евангелия. Отношение Канц. Обер-прок. Св. Син. от 28 февр. 1841 г. № 1389. Отнош. Канц. Св. Син. от 5 апр. 1841 г. № 3255. Отнош. Канц. Обер-прок. Св. Син. от 23 апр. 1841 г. № 2693. Доп. Церк. Ком. от 3 мая 1841 г. № 87. Подписали члены Комитета: С.-Петербургской семинарии ректор архимандрит Афанасий. Академии инспектор архимандрит Филофей, бакалавр соборный иеромонах Иосиф. Секретарь Кирилл Крупский. Отнош. Обер-прокурора Св. Син. от 17 июня 1841 г. № 4050. Указ с приложением отослан по назначению 11 марта 1842 г. № 2176.