К вопросу о значении наименования Духа Святого Утешителем

Во второй апрельской книжке журнала «Вера и Разум» за 1896 год помещена статья ректора Казанской Духовной Академии, архимандрита Антония, под заглавием «Нравственное содержание догмата о Святом Духе» 1 , – представляющая ответ графу Толстому на его упрек Церкви в подмене веры Христовой – «святодуховской». Обозревая действия Духа истины в Церкви, досточтимый автор подробно рассматривает вопрос о значении наименования Его Утешителем и решает его в том смысле, что Утешителем Дух Святой именуется, как источник «нравственного удовлетворения правдою Христовой» в борьбе христиан с миром. По-видимому, не должно бы быть никаких затруднений в разумении именования Духа Святого Утешителем: 2 столь непосредственно ясен смысл сего слова и столь точно в сознании верующих соответствует оно действиям Духа Святого в Церкви и полно определяет их. Несколько иначе, однако, представляется дело, если обратить внимание на то обстоятельство, что и Себя Самого Спаситель именовал Утешителем, как именуют Его потом и Апостолы Его: 3 значение сего именования в отношении Христа Самого уже не столь ясно. Главное же затруднение возникает тогда, когда требуется определить отношение имени «Утешитель» к тому греческому слову, переводом которого оно является; это именно отношение столь трудно поддается определению, что не без причины часто и у нас Дух Святой называется Параклитом, – т. е. греческое именование ( Παράκλητος ), каким обозначил Господь Духа Святого, по подлинному тексту Евангелия Иоаннова, и какое обычно переводится чрез слово Утешитель, часто совсем остается без перевода, и ему придается только внешняя форма русского слова, – именно изменяется только по-русски его окончание. Трудно установить, прежде всего, безотносительно значение слова «Параклит» ( Παράκλητος ); в Новом Завете оно употребляется еще только однажды, именно – в первом послании Иоанна же Богослова: чадца моя, сия пишу вам, да не согрешаете; и аще кто согрешить, ходатая (собств. – параклита, παραχλητον ) имамы ко Отцу, Иисуса Христа праведника ( 1Ин 2:1 ). Но приведенное место из послания Богослова не уясняет, а скорее затрудняет понимание слова Параклит, поскольку здесь оно, относясь к Иисусу Христу, имеет, очевидно, другое значение, чем в Евангелии – в приложении к Духу Святому. Ибо Господь обещал ниспослать Иного Параклита – взамен Себя Самого (как это непосредственно ясно из самого обетования Его и из общей последовательности мыслей в прощальной беседе Его с учениками, где находится это обетование 4 ), – здесь же Сам Он представляется пребывающим Параклитом для верующего человечества: зачем же ниспосылается иной Параклит – Дух Святой?.. Ясно, что Он является Параклитом не в том смысле, в каком пребывает, по скончании земного служения Своего, Господь Иисус Христос . Вот почему и наши – славянский и русский переводы, как мы видим, в разбираемом месте из послания Богослова перевели Параклит – не Утешитель, как в Евангелии, а – Ходатай; достойно всякого внимания это последнее обстоятельство: в нем мы имеем отражение разумения самой Церкви Православной различия в значении имени Параклита по отношению к Духу Святому и – к Самому Иисусу Христу. 5 Итак, единственное место из писаний Нового Завета, которое, по-видимому, должно было бы пролить свет на значение слова Параклит, на самом деле усугубляет трудность его разумения. Не естественно ли, при таком положении дела, обратиться за необходимыми справками к книгам Ветхого Завета?.. Но книги Ветхого Завета написаны на еврейском языке, а Евангелие Иоанна на греческом; следовательно, прежде всего необходимо проследить, есть ли на еврейском языке какое-либо слово, вполне соответствующее греческому слову Параклит, и, если есть, то какое именно?.. Только тогда, очевидно, следя за употреблением в Ветхом Завете еврейского слова, можно было бы твердо установить и значение тождественного ему греческого слова. Необходимо, иначе говоря, установить прочную связь и определенное соотношение между ветхозаветным и новозаветным словоупотреблением в данном случае. Задача ясна, но, вместе с тем, ее разрешение весьма затруднительно. В упомянутой статье своей о. архимандрит Антоний пишет: «Имеется ли в Ветхом Завете понятие утешение, утешитель, в смысле нравственного удовлетворения? Имеется и именно в совершенно тождественной связи идей, как и в Прощальной речи Спасителя. Видел я, говорит Екклезиаст, всякие угнетения, какие делаются под солнцем: и вот слезы угнетенных, а утешителя у них нет; и в руке угнетающих их – сила, а утешителя у них нет. И ублажил я мертвых, которые давно умерли ( Еккл 4:1–2 ). Ужасны, по слову Екклезиаста, не столько самые страдания, сколько отсутствие при них утешения, осмысления их». – Что в Ветхом Завете, как и в Новом, имеется весьма много мест, где говорится об утешении и об утешителе, – это несомненно, но сущность задачи заключается в том, чтобы доказать, что слово Параклит тождественно с еврейским словом, означающим понятие об утешителе: доказывает ли это приведенное место из книги Екклезиаст? «Слово утешитель, – читается далее в той же статье, – обозначается в греческой Библии тем выражением, как и утешитель Нового Завета, параклит ( Παράκλητος , παρακαλων ), в еврейском «менахем», от глагола «нахам». Глагол этот именно обозначает удовлетворение» и пр. Если бы еврейское слово «менахем» (утешитель) в греческой Библии действительно переводилось словом Параклит ( Παράκλητος ), то должно было бы признать, что это – прямое подтверждение тождественности обоих слов; к сожалению, в греческой Библии в данном случае стоит не Παράκλητος , а παρακαλων , – а это два различных слова. Конечно, оба они имеют одинаковый корень и близкое звуковое сходство, но из этого ничего еще не следует: известно, что от одного корня могут производиться многие слова с различным значением, особенно – если одно из них глагол, другое – причастие в значении существительного, третье – существительное, а четвертое – прилагательное ( Παράκλητος – существительное, а παρακαλων – причастие). 6 И если бы даже допустить, что значение корня в неизменном виде сообщилось обоим словам, и тогда бы их нельзя было смешивать и отождествлять между собою, ибо παρακαλων имеет действительное значение – утешающий, а Παράκλητος (от παρακεκλησθαι ) должно бы иметь страдательное значение – утешенный. Сверх того: если бы Παράκλητος ; было тождественно с παρακαλων , то зачем бы и искать объяснения значения его в Ветхом Завете? Слово παρακαλων постоянно употребляется и в новозаветном Писании 7 . В действительности ни в одном месте из Ветхого Завета еврейское слово «менахем» (утешитель) не переведено на греческий язык словом Параклит ( Παράκλητος ) 8 и, таким образом, установить в данном случае связь между ветхозаветным и новозаветным словоупотреблением чрезвычайно трудно и даже прямо невозможно 9 . Единственно по этой, а не по какой-либо другой причине (напр., по незнанию Ветхого Завета или невниманию к нему) за разъяснением смысла слова Параклит остается обратиться к обычному в литературе и в жизни употреблению его ко времени земной жизни Христа Спасителя. Слово «Параклит», произведенное от прошедшего совершенного времени страдательного залога глагола παρακαλεω , первое значение которого – призывать, и в частности – призывать на помощь (в каком значении, правда, всего один раз – Деян 28 – употреблен он и в Новом Завете), первоначально имело значение – призванный на помощь вообще, помощник, покровитель, заступник. В последующее за тем время его значение сузилось, получив ближайшее применение к судебной практике; параклит – это призванный для защиты на суде 10 . Такое значение слова было обычно в греческом языке, – откуда перешло оно и в еврейский, к раввинам. Иначе говоря, параклит в этом смысле значит: защищающий чье-либо дело, а вместе с тем – представитель того, чье дело он защищает. В талмудической литературе, наконец, слово это получает и мессианское значение. Итак, наименование Духа Святого – Утешителем не представляет филологически точного перевода слова Параклит, какое стоит в подлиннике Евангелия Иоаннова – в речи Спасителя о Духе Святом, – и тем не менее оно вполне соответствует этому слову – в древнейшем, первоначальном значении его. Как помощник, покровитель, заступник вообще, – Дух Святой для христиан есть поистине Утешитель Благий, и такое наименовение Его наилучшим образом объединяет в себе все эти отношения Его к верующим. Если же принять во внимание, что глагол παρακαλεω «призывать» (на помощь) на страницах новозаветных писаний почти всегда значит – утешать, так что это значение признается почти исключительно свойственным ему 11 , то все достоинство, вся незаменимость этого наименования станут бесспорными. В таком ли смысле именуется Параклитом Сам Господь Иисус Христос ? При разлуке с учениками Своими, Он дает им обетование о ниспослании Иного Параклита, – из этого становится ясным, что, и в Себе Самом указывая, таким образом, Параклита (как после именовал Его в вышеуказанном месте послания своего евангелист Иоанн), Он признает, однако, необходимость иного Параклита, и именно теперь, в настоящее время, когда Сам Он удаляется. Отсюда ясно раскрывается, что после настоящей разлуки, и оставаясь Параклитом, Он уже не мог быть им в том смысле и значении, в каком был для учеников Своих доселе, и в каком будет для них Дух Святой. В чем же разница?.. Раскрывая это, Господь об Ином Утешителе говорит ученикам далее: да будет с вами в век ( Ин 14:16 ). И хотя во веки с присными Себе обещал быть и Сам Господь ( Мф 28:20 ), но как Утешитель Он ныне от них удаляется, тогда как иной Утешитель, пребудет с верующими во век, – станет к ним на веки в те отношения, в каких доселе к ним стоял Христос. Но отношения Господа к Апостолам доселе были непосредственными, ближайшими отношениями Учителя – к ученикам, Отца – к детям, эти отношения теперь прекращаются и возобновятся, по обетованию Господню, уже не с Ним Самим, а с ниспосылаемым от Отца Духом Святым, – возобновятся с тем, чтобы не прерываться затем во веки. В этом-то смысле Дух Святой для верующих будет Параклитом – Утешителем, тогда как Господь перестает быть для них таковым и становится Параклитом – Ходатаем ( 1Ин 2:1 ). Как живущий в самом человеке ( 1Кор 3: 16; 4:19 ), в теснейшем, следовательно, единении с ним, как укрепляющий, согласно еще ранее данному обетованию Господа, последователей Его в борьбе с миром ( Мк 8: 11 ; Лк 12:12 ; ср. Деян 4:8 ), как помощник верующим в немощи вообще ( Рим 8:26 ; Гал 4:6 ), подающий им сверхъестественные дары Свои ( 1Кор 12:4–11 ) и благодатные силы в таинствах, – Дух Святой является Утешителем, как ближайший руководитель и помощник для верующих, каким был Христос на земле для Апостолов. Господь же пребывает ныне на небесах, именно как Ходатай, Предстатель пред Отцом за искупленное Им человечество ( Рим 8:34 ; Евр 7:25 ), как Первосвященник навек ( Евр 6:20 ), иже единою себе принес ( Евр 7:27 ) и совершився бысть всем послушающым Его виновен спасетя вечнаго, наречен от Бога Первосвященник по чину Мелхиседекову ( Евр 5:9–10 ), как «святым Служитель и скити истинней, юже водрузи Господь, а не человекъ» ( Евр 8:2 ). Архимандрит Антоний (Храповицкий) , Нравственное содержание догмата о Святом Духе (Против Л. Н. Толстого) // Вера и Разум, 1896. – Прим. Ред. Мисионерского Центра. Наименования и св. Церковью принятого для преимущественного обозначения именно Духа Святого. Это видно, напр., из службы на Пятидесятницу. На повечерии, напр., в каноне Святому Духу песнь 4-я, тропарь 2-й: «на престоле, Христе, Отеческом сед; ниспослал еси учеником Твоимъ Утешителя»... Песнь 6-я, тропарь 3-й: «спаси, Утешителю, верно поющих благолепное пришествие Твое»... В понедельник вечера стихира на Господи воззвах 3-я: «предобещание исполнивый, Твоего Утешителя, яко в огненных языцехъ послал еси миру»... Во вторник вечера стихира на стиховне 3-я: «Днесь излиялъ еси, Спасе, Утешителя Твоего Духа дарование... темже Твое спасительное смотрение славим, Иисусе Всесильне, Спасе душ нашихъ». Из всех этих примеров видно, что имя Утешителя прилагается Церковью именно к Духу Святому, как имя, собственно Ему принадлежащее, а не общее для Него и для Спасителя, ибо Сам Господь, здесь же, в этих же молитвословиях упоминаемый, не именуется, подобно Духу Святому, Утешителем. Так и молитва Святому Духу начинается словами: «Царю Небесный, Утешителю»... Если в акафисте Иисусу Сладчайшему (икос 4-й) и Иисус Христос именуется Утешителем («Иисусе, души моея утешителю»), то это не противоречит сказанному: мы говорим о том имени, которое является именем по преимуществу, именем как бы собственным, а усвояемые в акафисте Господу многочисленнейшие именования такого значения иметь очевидно не могут. Напр., 1Ин 2:1 . Об этом изречении Апостола речь имеет быть ниже. Преосвященный Филарет Черниговский в своем православно-догматическом богословии (2, 172, § 220) пишет об этом: «И в тоже время присовокуплял Он сам, что многое имел бы сказать им, но они еще не могут понести, в последствии же откроет им все Дух св. Слова эти ясно показывают, что а) Искупитель Сын Божий обещал ученикам своим послать другого вместо себя и конечно равного по силе своей, который мог заменить собою ученикам Сына Божия, обещал послать и уверял в том не ложным словом своим; б) сей обетованный называется παρα᾿ χλητος – защитник, помощник, Утешитель называется Духом истины т. е. таким который и сам есть истина, и может открывать всякую истину; он вразумит, прямо говорит Иисус Христос, во всякой истине и следов. будет при всяком случае рассеивать ложь, порождаемую растленною природою человека. Утешитель, παρ νμιν μένει χα ί έν υμ ί ν εςαι – не только будет пребывать между вами, но будет в вас, но только будет действовать от вне на учеников, но будет действовать во внутренней природе их». – Прим. Ред. Мисионерского Центра. И преосвященный Филарет Черниговский в своем православно-догматическом богословии (2, 172, § 220) замечает: «значение Ходатая принадлежит сему слову ( παρακαλων ) по отношению к Сыну ( 1Ин 2:2 ), но не по отношению к Духу Святому». Не говоря уже о том, что Παράκλητος производится от παρακεκλησθαι , а не от παρακαλειν , должно заметить, что и последний глагол неупотребителен у евангелиста Иоанна. Примеры: Лк 3:18 ; 1Пет 5:2 ; 2Кор 7:6 ; 1Сол 2и т. д., и т. д. Всего слово παρακαλειν в Новом Завете употреблено до 100 раз. См. E. W. Hengstenberg, Das Evangelium des heiligen Johannes erläutert, Bd. III, Berlin 1863, S. 400. Только Акилла и Феодотион (первая половина 2 столетия по Р. X.) перевели менахем чрез παράκλητος у Иов 16:2 , но LXX и здесь имеют παρακλητορες , а Симмах – παρηγορουντες . H. Cremer (Biblisch-theologisches Wörterbuch der neutestamentlichen Gracitat. Gotha : F.A. Perthes, 1895, S. 514–515 полагает, что перевод Акилы и Феодотиона есть плод уже христианского словоупотребления. Преосвященный Филарет Черниговский пояснает это так: « Παραχλητος происходит от παραχαλειν что означает призывать, призывать на помощь, отселе защищать, помогать, утешать. Παραχλητος своей формой страдательной указывает на то, что Дух призван Сыном для вспомоществования: впрочем здесь эта мысль – частная, часть общего понятия о предстателе, помошнике, утешителе: это показывает связь речи и употребление, например, у Иова 16,2 где 70 употребили παραχλητορ Акила и Федотион читают παραχλητος . Значение ходатая принадлежит сему слову по отношению к Сыну 1Иоан. 21 , но не по отношению к Духу св.». Тамже. – Прим. Ред. Мисионерского Центра. Совершенно подобно латинскому advocatus (от advoco) – адвокат. E. W. Hengstenberg, Das Evangelium des heiligen Johannes erläutert, Bd. III, Berlin 1863, S. 40.