Вера, надежда, любовь — основные христианские добродетели

Содержание Христианская вера Психологические основы веры Исторические основы веры Виды религиозной веры Необходимость веры Бог и человек Сила веры Вера и молитва Вера и вечность Надежда Любовь Пастырская любовь Учение святых апостолов о пастырской любви Гимн любви святого апостола Павла Среди христианских добродетелей особое место занимают вера, надежда, любовь. Вера есть первоисточник добродетелей, надежда – их утверждение, любовь – плод всех христианских добродетелей. Любовь – высшая добродетель ( Мф.5:43–48 ), без неё не может быть подлинно христианской нравственности ( 1Кор.13:1–13 ). Любви предшествует вера в Бога и непосредственно связанная с ней надежда. Если из общего умозрительного восприятия вселенной можно прийти к признанию бытия Бога, как Творца мира (или, по терминологии Аристотеля, – Перводвигателя), то любовь к Нему, и особенно к Распятому Сыну Божию, нельзя обрести без веры в Бога – Промыслителя, Искупителя, Спасителя людей от греха и вечной смерти. Христианская любовь зиждется на вере в Христа Спасителя, питается ею и сливается с ней, равно как и с надеждой, в единое, всепобеждающее чувство веры – надежды – любви . По учению христианского православного Катехизиса, «все занятие христианина в настоящей жизни должны составлять сии три: вера, надежда, любовь» ( 1Кор.13:13 ). Святой Димитрий Ростовский говорит: «Чтобы хранить веру правую и дела добрые, потребны вера, надежда, любовь» (Творения. Ч. 2, с. 458). А блаженный Августин указывает, что «вера полагает основание дому Божию, надежда возводит это здание, любовь заканчивает его» (Цит. по кн.: Н. Стелецкий . Опыт нравственного православного богословия. Т. 2, с. 58). Попытаемся исследовать внутреннюю взаимосвязь и взаимозависимость этих добродетелей, чтобы понять исключительное значение их в созидании христианской нравственности. Среди христианских добродетелей особое место занимают вера, надежда, любовь. Вера есть первоисточник добродетелей, надежда – их утверждение, любовь – плод всех христианских добродетелей. Любовь – высшая добродетель ( Мф.5:43–48 ), без неё не может быть подлинно христианской нравственности ( 1Кор.13:1–13 ). Любви предшествует вера в Бога и непосредственно связанная с ней надежда. Если из общего умозрительного восприятия вселенной можно прийти к признанию бытия Бога, как Творца мира (или, по терминологии Аристотеля, – Перводвигателя), то любовь к Нему, и особенно к Распятому Сыну Божию, нельзя обрести без веры в Бога – Промыслителя, Искупителя, Спасителя людей от греха и вечной смерти. Христианская любовь зиждется на вере в Христа Спасителя, питается ею и сливается с ней, равно как и с надеждой, в единое, всепобеждающее чувство веры – надежды – любви . По учению христианского православного Катехизиса, «все занятие христианина в настоящей жизни должны составлять сии три: вера, надежда, любовь» ( 1Кор.13:13 ). Святой Димитрий Ростовский говорит: «Чтобы хранить веру правую и дела добрые, потребны вера, надежда, любовь» (Творения. Ч. 2, с. 458). А блаженный Августин указывает, что «вера полагает основание дому Божию, надежда возводит это здание, любовь заканчивает его» (Цит. по кн.: Н. Стелецкий . Опыт нравственного православного богословия. Т. 2, с. 58). Попытаемся исследовать внутреннюю взаимосвязь и взаимозависимость этих добродетелей, чтобы понять исключительное значение их в созидании христианской нравственности. Христианская вера Психологические основы веры Человеку свойственно жить жизнью внешней и внутренней. Внешняя жизнь определяется жизнью среди людей, окружающей обстановкой, постоянным восприятием их и реакцией на них. Как ни велико значение для человека внешней жизни и внешнего мира, однако оно не всеобъемлюще. Существует особый внутренний мир, который самостоятельным потоком движется в душе человека (в его сознании), то уступая главное место первому (внешнему) потоку, то вытесняя его. Достоянием нашего внутреннего мира являются тайные мысли, сокровенные сердечные переживания, духовные устремления, заветные чаяния 1 . К внутреннему миру относится и наша вера. Кроме религиозной, существует вера биологическая, инстинктивная, которая состоит в уверенности человека в успехе того дела, за которое он берется в начале каждого трудового дня. Святой Кирилл Иерусалимский так говорит об этой вере: «Все, что совершается в мире, совершается верой... На вере утверждается земледелие, мореплавание и все другие дела человеческие и все учения человеческие принимаются верой» (Творения. М., 1893, с. 64). «Без веры, – говорит святой Василий Великий , – ни одно дело не может быть совершено» (Творения. Ч. 2, с. 55). Здесь речь идет преимущественно о вере человека в самого себя, в свои силы, дела́ и в самую жизнь. Религиозная вера имеет иное психологическое основание, содержание и значение. Она устремлена к Богу и выражает прежде всего веру в Его бытие – Бог существует и ищущим Его воздает ( Евр.11:6 ), промышление о мире и человеке и возможность общения с Ним. По учению святого апостола Павла, религиозная вера есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом ( Евр.11:1 ) или уверенность в невидимом, как бы в видимом, в желаемом и ожидаемом, как бы в настоящем (Пространный христианский Катихизис, с. 3–4). «Вере в Бога, – говорит святой Василий Великий , – предшествует понятие (знание), что Бог есть. За сим знанием следует вера, за верой – поклонение» (Творения. Ч. 7, с. 153). А о знании Бога святой апостол Павел говорит так: что можно знать о Боге, явно для них (язычников), потому что Бог явил им вечную силу Его и Божество через рассматривание творений ( Рим.1:19–20 ). Вера в своей сущности «есть несомненное согласие на то, что выслушано с удостоверением в истине проповеданного по благодати Божией» (Творения. Ч. 5, с. 24–25). Согласно учению святого апостола Павла, вера от слышания, а слышание от слова Божия ( Рим.10:17 ). Значит, источником христианской веры и удостоверением ее истины является слово Божие, воспринимаемое чистым умом, а также чистым и открытым сердцем. Вера – дар Божий, ибо приобретается с помощью призывающей благодати Божией. Святой апостол Павел так и говорит: никто не может (даже) назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым ( 1Кор.12:3 ). В христианской религии есть тайны, например Воплощение Сына Божия, Его Воскресение, Вознесение, всеобщее воскресение мертвых, освящение Святых Даров и др., смысл и значение которых постигаются не знанием, а верой. Эти тайны и имеет в виду святой апостол Павел, когда говорит: Верой ходим, а не ви́дением ( 2Кор.5:7 ). «В сих тайнах, – говорит святитель Тихон Воронежский, – разум должен следовать за верой. Не потому мы веруем, что познаём, а потому и познаём, что веруем» (Творения. Истинное христианство, изд. 3. Т. III, с. 11). При помощи разума мы уясняем себе нашу веру в духе учения Церкви Христовой. «Принадлежа преимущественно сердцу, вера начинается в мыслях» (Пространный христианский Катихизис, с. 2), то есть воспринимается и усваивается с участием разума, или, как выражается святой Иоанн Златоуст , «пользуется очами ума» (Творения. Т. IV. Кн. 2. СПб., 1898, с. 679) 2 . Исторические основы веры Христианская вера в возможность спасения силой Божией основана на явлении в мир Сына Божия, реальности Его Воплощения, Его учения, действительности Его искупительных страданий, смерти, Воскресения, Вознесения и всего подвига Домостроительства нашего спасения, Им совершенного. Если бы не было всего этого, не было бы христианства с его почти двухтысячелетней историей, не было бы ветхозаветных обетований о пришествии Мессии и ожидания этого пришествия, отраженного в родословии Иисуса Христа ( Мф.1:1–17 ; Лк.3:23–38 ). Ветхозаветные люди веровали в грядущего Мессию. И эта их вера имела реальные основания. Мы веруем в Него пришедшего и до скончания века действующего в Своей Церкви. В этом мы утверждаемся на основании реальности Нового Завета Бога с человеком через Господа Иисуса Христа. Потому наша вера и названа христианской. Виды религиозной веры Религиозная вера бывает рассудочно-формальной и духовно-созерцательной, благодатной. Рассудочная вера – неглубокая, неблагодатная. Она не захватывает всего существа человека, не животворит его сердца, но замыкается в рамках традиционно-формального, законнического отношения к Богу и людям, сосредоточиваясь преимущественно в сфере рассудка и рассудочных понятий. Такая вера была присуща самодовольным книжникам и фарисеям, не внявшим призыву Спасителя родиться свыше ( Ин.3:7 ), для духовно-благодатной жизни в Боге. Рассудочно-формальная вера доныне свойственна многим христианам настолько, что они нуждаются в призывающей и просвещающей благодати Божией, в обращении к Богу и духовно-нравственном возрождении. О нравственном возрождении человека свидетельствует второй вид религиозной веры – духовно-созидательной, благодатной. Такая вера имеет много ступеней развития. Во Христе открылась благодать Божия от веры в веру ( Рим.1:17 ), и действует она от силы в силу . Вера объединяет человека с Господом Спасителем. Вера Христова очищает человека от грехов и оживотворяет. Высота этой веры так характеризуется преподобным Исааком Сирином : «Когда человек удостоверяется в промышлении о нем Бога, то просвещается любовью Его к твари и удивляется устроению существ разумных и великому о них попечению Божию. С этого начинается у него сладость Божественная, воспламенение любви к Богу, возгорающейся в сердце и попаляющей душевные и телесные страсти... Тогда вселяется в него неведомая сила, с которой многие безбоязненно идут в огонь и, ходя по водам, не опасаются потонуть, потому что такая вера укрепляет все душевные чувства и силы». Мирские люди живут, надеясь на себя, центром делают земную жизнь. Люди же верующие живут Богом, для Бога и ближних. Они подчиняют духу стремления плоти и на смерть смотрят как на начало вечной жизни. Живая, деятельная, спасающая вера помогает христианину идти путем крестным, с готовностью предаваясь полному послушанию воле Божией. Необходимость веры Господь Иисус Христос – средоточие нашей веры, ибо именно Он освобождает нас от главного бедствия нашей жизни – порабощения грехом: Он пришел в мир грешников спасти ( 1Тим.1:15 ), спасти погибшее ( Лк.19:10 ). У человека «нет более опасного врага, – говорит священник Павел Флоренский , – чем он сам». Его неукротимая самость и горделивость, страсти, пороки, греховные привычки делают его рабом греха, сыном противления и неизбежной духовной гибели ( Еф.2:2, 5:6 ; Кол.3:6 ). И пока человек не устрашится, не убоится самого себя, не почувствует смертельной опасности, таящейся в его непрерывных грехопадениях, он не обратится к живой вере, чтобы в ней найти средства борьбы с этой духовной опасностью. Он не внемлет и призывающей благодати Божией, вразумляющей грешника болезнями, немощами и другими скорбями. И все же нет другого пути к спасению для такого человека, как прийти в себя, подобно евангельскому блудному сыну, и обратиться к вере, как неложному и действенному средству спасения. Вера, удовлетворяющая насущную потребность человека во внутреннем очищении, благодатном единении со Спасителем – Источником духовного возрождения, действенна потому, что облагораживает, одухотворяет чувства, преумножает духовные силы, когда мы молимся, участвуем в таинствах, творим дела милосердия и др. Всем этим созидаются «благодатные чувства», соединяющие с Богом, Христом и с ближними (Митрополит Московский Филарет. Слова и речи. Т. 5. М., 1885, с. 357). Бог и человек Одно из существенных свойств Божиих то, что Он – Сущий. Он обладает подлинным, неизменным и непреходящим бытием со всеми Его Божественными свойствами и имеет это бытие в Самом Себе ( Ин.5:26 ). Тварное бытие – неустойчивое, преходящее и не имеет основы в самом творении, в нас самих. Как Сущий Бог всегда около нас ( Откр.3:20 ). Как Источник полноты жизни и благости Он всегда откликается на нашу потребность в общении, единении с Ним – лишь бы всей силой своего духа мы верили в Него, лишь бы стремились к Нему и выполняли Его заповеди, Его благую и спасительную волю. В молитвах произносимое Имя Божие должно быть неразрывно с верой в Его Премудрость, Всемогущество, Благость и другие Его Божественные свойства. Иначе Имя Божие будет произноситься нами всуе (напрасно и тщетно). Имея это в виду, Господь Иисус Христос говорит, что «не всякий, говорящий Мне: Господи, Господи! внидет в Царство Небесное» ( Мф.7:21 ). Или: «Приближаются ко Мне люди сии устами своими, и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня» ( Мф.15:8 ). Веруй, что ты соединяешься на молитве с Самим Господом, становишься «один дух с Ним» ( 1Кор.6:17 ), что ты по мере своей приемлемости, по мере веры и любви становишься участником Его Божественных совершенств. Соучастие это возможно потому, что мы созданы по подобию Божию . Когда слово Божие говорит: Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный ( Мф.5:48 ), будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд ( Лк.6:36 ), будьте святы, потому что Я свят ( 1Пет.1:16 ), то этим оно указывает, что мы действительно можем уподобиться Богу в Его совершенствах, в меру своей веры и любви. Сила веры Бог – Всемогущ. Для Него все возможно. И нужно верить в каждое слово Его. Сомнения здесь могут выражать лишь наше неверие и маловерие. Каждое слово Господа, каждая заповедь даны для того, чтобы мы выполняли их. Каждая заповедь Божия – это «закон», «приказ» для нас, который не должен быть не исполнен, каждое обращение Его к нам пронизано любовью и милосердием, взывающим к нашему сердцу, чтобы оно на любовь Божию ответило сердечной любовью к Богу и ближним. «Веришь ли, – говорит святой Василий Великий , – Господу, сказавшему: На аспида и василиска наступиши ( Пс.90:13 )? И по вере в слова Господа имеешь ты власть попирать и скорпионов... А если не имеешь веры, то бойся не зверя, а паче своего неверия, через которое ты сделал себя от всего удоборазрушаемым!» (Творения. Ч. 1, с. 141). И если заповеди Божии кажутся нам порой трудноисполнимыми, то пусть вера в помощь Божию окрыляет нас, ибо забываем, что все возможно верующему ( Мк.9:23 ). Вспомним, если Спаситель иногда и не совершал чудес среди евреев, например среди жителей Назарета, то только по неверию их ( Мф.13:58 ). Чем живее наша вера в Бога, полнее и искреннее признание нашей духовной немощи, греховности и ничтожества, тем ближе к нам помощь Божия. Мы не можем жить без Бога и Его благодатной помощи. По слову апостола, в Нем мы живем и движемся и существуем ( Деян.17:28 ). Быть верующим – значит быть верным Богу всегда и во всем. Молишься ли Богу словами Молитвы Господней, произноси их не бессознательно, но с благоговением, устремив к Богу и ум, и сердце. Смиренно просишь ли чего у Бога, веруй, что будет сделано по твоему прошению. Читаешь ли слово Божие, веруй, что сделалось, делается и сделается все сказанное в слове Божием. Так веруй, так говори, так читай, так и молись. И не ссылайся на свои духовные немощи и слабости, ибо сила Божия и в немощах совершается . Благодатная вера всесильна ( Мк.16:17–18 ). Вера во Христа Спасителя не допускает ни малейшего сомнения в истине того, что сказал Господь в Своем Евангелии, и чему учит Его Святая Церковь . Истинная вера нимало не сомневается, потому что сомневающийся подобен морской волне, ветром поднимаемой и развеваемой... Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих ( Иак.1:6, 8 ). Даже малое сомнение в вере может лишить Духа Божия, ходатайствующего за нас воздыханиями неизреченными ( Рим.8:26 ). Преодолеть дух сомнения можно усилением духовной жизни, и прежде всего спасительной верой и молитвенным общением с Богом, и тогда свидетельства веры будем иметь в себе самих ( 1Ин.5:10 ), в духовно-благодатном обновлении нашей жизни. Вера и молитва Для верующей души молитва имеет такое же значение, какое для тела имеет воздух. Молясь, мы беседуем с Богом, возносим ум и сердце к Нему, благоговеем пред Ним, просим Его помощи в своих нуждах. Когда мо́литесь Богу, не ищите Его вне себя, но созерцайте в себе, ибо вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас ( 1Кор.3:16 ). Во время молитвы пусть близко к тебе будет слово (веры), в устах твоих и в сердце твоем ( Рим.10:8 ). Сердечно и искренне, с верой и упованием произнесенное слово молитвы приносит обильный плод духовный, подобно тому, как зернышко, упавшее на добрую почву, рождает зрелый колос. Не напрасно Спаситель уподобил Себя Сеятелю, а сердце человеческое сравнивает с землей ( Мф.13:5 ). Плодотворной может быть и молитва немногословная, только бы духом живой веры она была согрета. Для Бога важно не количество обращенных к Нему слов, а расположение сердца, сила и искренность веры молящегося, его смирение и покаяние. «С первых дней подвижничества, – говорит святой Никодим Святогорец , – стало входить в обычай молиться коротенькими молитвами, которые бы, держа мысль пред лицом Бога, не давали ей повода уклоняться в сторону и делали ее неисходно внутрь пребывающей. О сем святой Кассиан свидетельствует, удостоверяя, что в его время такое делание было повсеместно по Египту» (Невидимая брань, изд. 5. М., 1912, с. 205). Пример краткой, смиренно-покаянной молитвы дан в притче о мытаре и фарисее. Образцы кратких молитв святого Иоанна Златоуста вошли в состав наших молитв на сон грядущим. Епископ Феофан Затворник подчеркивает благотворное воздействие кратких молитв на душу молящегося. Каждое молитвенное слово должно быть пронизано живой верой, ибо Бог вселяется в сердце человека через живую веру в Него, через послушание слову Его. Христианин, усердно и постоянно возносящий молитвы к Господу, пожинает благодатные плоды: «Сердце у него очищается от беспокойных помыслов, страсти утихают, мысли принимают более ровное течение, и христианин утверждается в стремлении отложить всякое греховное попечение для унаследования Царства Небесного» (Уроки усовершенствования по «Лествице» преподобного Иоанна Лествичника , с. 5). Без молитвы вера слабеет, ибо христианин утрачивает живую связь с Господом. Вера – духовное нетленное богатство христианина, которое не остается под спудом, но выявляется в словах, делах, образе его жизни. Из верующего благого сердца исходят и дела благие. Чем сильнее вера, тем плодотворнее ее влияние на человека. «По силе веры, – говорит преподобный Симеон Новый Богослов , – приходит благодать Божия и всякая добродетель... Благодать приходит прежде всяких добрых дел, и уже на ней, как на твердом основании, устрояются добрые дела» («Слова», вып. 1. 1882, с. 153–154). По апостолу, благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился ( Еф.2:8–9 ). Слова святого апостола Павла указывают, что спасение начинается с веры и благодати, которые имеют первичное, следовательно, ведущее значение, однако для спасения важны и добрые дела. Вера сама по себе деятельна. Добрые дела – ее плоды. Будучи проявлением свободного духа человека, вера сама свободно творит. Апостол Иаков как будто на первое место выдвигает добрые дела, когда говорит, что вера без дел мертва ( Иак.2:17 ). Но какая вера? Мы уже указывали на «мертвую» веру, рассудочную. При такой вере, если и бывают добрые дела, то они творятся или по долгу, или из страха наказания, или в ожидании награды. Такие дела свойственны рабу и наемнику, а не сыну, который совершает их по силе любви. Пред Богом подневольные или с корыстной целью творимые дела ниже сыновнего достоинства человека, и если «имеют похвалу, то не от Бога» ( Рим.4:2–3 ). Уточним взаимосвязь веры и дел на конкретном примере. Авраам веровал Богу, и это вменилось ему в праведность ( Иак.2:23 ). Но что следовало за верой Авраама? Дело. Авраам возложил на жертвенник Исаака, сына своего ( Иак.2:21 ). Этим он показал, что благодатная вера и необходимо вытекающие из нее дела нераздельны. Итак, в деле спасения человека участвуют вера – благодать – добрые дела . И сии три едино суть. Вера и вечность Бог вечен, безначален и бесконечен. Он – Самосущный и Самосознающий Дух. Как Дух, Он вездесущ, всемогущ, всеблаг 3 . Бог вечен. Человек также причастен вечности, как образ Божий, как носитель тех духовно-нравственных качеств, совершенствование которых предотвращает смерть духовную. Носителем образа Божия в человеке являются его дух и душа, с ее разумом, свободой, совестью, долгом, ответственностью, с ее самосознанием. За поведение человека ответственна его душа, точнее личность человека, его «я». Она призвана нести ответ и в день определения участи человека в вечности. И это определение будет сообразно с тем, в каком соотношении душа и дух человека. Если господствовать в человеке будет дух, и душа в силу этого будет духоносна, это принесет ей избранные ею оправдание и вечность в Боге. Если же душа изберет преобладание не духа, а «душевность», плотяность, то ей и предоставлено будет добровольно ею избранное в духовном ожесточении пребывание вне Бога. Так понимаются в христианстве «осуждение», вечные страдания и мучения, духовная смерть человека. Бог есть вечная жизнь, вне Его – вечная смерть, как удаление от Бога. Причастие вечности возможно силой благодатной веры и христианской любви. Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня имеет жизнь вечную ( Ин.6:47 ). Эти слова Спасителя свидетельствуют, что верующий во Христа может еще здесь, на земле, иметь предвкушение вечной жизни как начала вечной жизни в невечернем дне Царства Христова. К этой вечности человек приобщается, когда слышит «глаголы жизни вечной» ( Ин.6:68 ), когда в таинстве Святого Причащения принимает Тело и Кровь Спасителя ( Ин.6:54 ), не ослабевает в молитве и благочестии, в Богомыслии, когда смиряет страсти, когда доброхотно творит дела любви и милосердия. Возможно ли это? Возможно, потому что при глубокой проникновенной вере подвижник всем своим существом чувствует живую, органическую связь свою с Богом. Эта связь, усиливаясь любовью к Богу, смирением, благоговением, духовной алчбой и жаждой единения со Христом, становится непрерывной, постоянной, и тогда, по слову апостола, живу уже не я , но живет во мне Христос (Святой Василий Великий . Творения. Т. IV, с. 345). Смерть отнимает у подвижника только тело, но после Последнего суда преображенное тело его воскреснет силой Божией и соединится с душой, чтобы перейти в вечность. Так сбывается обетование Спасителя: Как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино... и где Я, там и они будут со Мной ( Ин.17:21, 24 ). Святой Василий Великий говорит: «Мы не почитаем и не называем благом то, что доставляет нам совершенство в этой только жизни, но простираем надежды далее, и всё делаем для приготовления себе другой жизни... и домогаемся сего всеми силами» (Святой Василий Великий. Творения. Т. IV, с. 345). Христианская вера – разумная, духовная – удовлетворяет насущные потребности и запросы человеческого духа, связанные с жизнью земной, временной, и с жизнью вечной. Полной противоположностью ей является суеверие – тщетная, неразумная вера. Суеверие возникает в двух случаях: прежде всего, когда земным, материальным предметам приписываются божественные свойства и действия. Сюда относится идолопоклонство, когда человек изменяет славу нетленного Бога в подобие образа тленного человека, и птиц, и четвероногих, и пресмыкающихся ( Рим.1:23 ). К этому же роду суеверия относятся гадания, или ворожба, когда пытаются проникнуть в неведомое человеку будущее, чтобы определять им свое поведение. Сюда же относятся волшебство, или магия, когда пытаются вызывать на помощь злых духов, а также вера в привидения или спиритизм, когда думают, что умершие люди или таинственные духи (силы) могут являться людям, тревожить, пугать их, угрожать им. Второй род суеверия выражается в том, что Богу усвояются несвойственные Ему действия или допускаются злоупотребления Именем Божиим или священными предметами. К грехам против веры относится также равнодушие, которое возникает чаще всего из-за преобладания в душе человека суетных интересов и погружения в чувственные удовольствия. Сказано: «Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» ( Мф.6:21 ). Душа, добровольно избравшая суетность и чувственность, не оставляет места для Бога, нет у нее потребности в Нем. Таковы были евангельский богач с его обильным урожаем, Пилат с его равнодушием к истине. Надежда Надежда, как и вера, утверждает христианина на пути спасения. Она предвосхищает будущее благо, ради которого задумано дело. Надежда всегда оптимистична. Она окрыляет человека. Она утешает сердца и утверждает во всяком слове и деле благом ( 2Фес.2:16 ). В этом состоит ее огромная жизненная сила. Особое значение надежда приобретает в религиозной жизни. Религиозная надежда имеет и другие наименования – упование, хотение, ожидание, желание, уверенность, чаяние и др. Наш Символ веры заканчивается словами: «Чаю воскресения мертвых и жизни будущаго века». Здесь слово «чаяние» означает и желание, и ожидание, и надежду. Христианская надежда восходит к вере, ибо по существу является верой в будущее. Мы верим, что Господь соделывает все необходимое для нашего блага, и эта вера укрепляет нас в надежде, что Он помогает нам в борьбе за спасение. По словам Григория Великого , «вера говорит: непостижимые блага уготовал Бог любящим Его; надежда говорит: они для меня соблюдаются» (Слово 90, на 90 псалом). Вера говорит: я верую в Бога и в благость Его; надежда дополняет: я уповаю на эту благость и помощь от Господа, хочу и жду ее. Надежда же, когда видит, не есть надежда; ибо если кто видит, то чего ему и надеяться? Но когда надеемся того, чего не видим, того ожидаем в терпении ( Рим.8:24–25 ). «Если, – учит святой Иоанн Златоуст , – всего будешь искать здесь, то к чему тогда и надежда? Надежда есть устремленность в будущее и уверенность в том будущем» (Беседа 14 на послание к Римлянам, 1844, 348–349). Христианская надежда есть радостное ожидание благ, обещанных Богом, и твердая уверенность, что Отец Небесный по Своей благости даст нам все, если мы подготовим себя к достойной встрече Его. Надежда, следовательно, есть и дар Святого Духа, и плод собственных наших усилий. Святой апостол Павел убеждает нас в том, что Бог надежды исполнит нас всякой радости и мира в вере, дабы мы, силой Духа Святого, обогатились надеждой ( Рим.15:13 ). Поэтому и святой апостол Петр призывает нас: Совершенно уповайте на подаваемую вам благодать в явлении Иисуса Христа ( 1Пет.1:13 ). И не только уповайте, но и утешайтесь ею ( Рим.12:12 ) и сохраняйте ее ( Рим.15:3 ), – дополняет святой апостол Павел. Надежду питают и растят в нашей душе вера, любовь и другие христианские добродетели: терпение и смирение в скорби, духовный опыт и др. Обо всем этом так говорит святой апостол Павел: Верою получили мы доступ к той благодати, в которой стоим и хвалимся надеждою Славы Божией ( Рим.5:2 ). Далее он подробно указывает на преемственную связь надежды с другими добродетелями и прослеживает развитие ее: Мы хвалимся и скорбями, зная, что от скорби происходит терпение, от терпения опытность, от опытности надежда, а надежда не постыжает, потому что любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам ( Рим.5:3–5 ). Как видим, на этом пути надежды неизбежны многие ( Деян.14:22 ) скорби, страдания, крестоношение, о жизненной ценности которого не раз говорил Спаситель ( Мф.16:24–25 ). Господь указывал: В мире будете иметь скорбь. Но мужайтесь (т. е. пребывайте в терпении и надежде): Я победил мир ( Ин.16:33 ). Тяготы жизни приучают душу к терпению. Но терпеть – значит смиренно ждать и надеяться на лучшее будущее. Апостол так и говорит: Терпением ждем ( Рим.8:25 ) этого будущего. Вера, скорби, терпение совершенствуют духовную жизнь христианина, венцом которой является дар духовного рассуждения , а все это и рождает непостыжающую надежду . Основание надежды, как и веры, заключается в таинственной связи души с Богом, как со своей Истиной и Первообразом. По слову святого апостола Иоанна, Сам Дух Божий свидетельствует в нас об истине ( 1Ин.5:6 ), и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего ( Рим.8:23 ). Основание христианской надежды покоится в безусловной верности Бога Своим обетованиям ( Евр.10:23 ; Рим.3:4 ; 2Тим.2:13 ), в Его всемогуществе, которое помогает нам побороть все препятствия и трудности на пути спасения ( Лк.1:37 ; Еф.3:20 ), и, наконец, в Его беспредельной Благости и Милости ( Ин.3:16, 16:26–27 ). Святой Иоанн Златоуст говорит: «Наша надежда непоколебима. Давший нам обетования всегда жив» (На Послание к Римлянам. Беседа 9. 1844, с. 194). Поэтому не терять надежды призывает нас святой Григорий Богослов (Творения. Ч. 2, с. 226). Христианская надежда не есть ожидание чего-либо неведомого. Надежда устремляется к Богу, в Троице славимому, – к Отцу Небесному и Его Единородному Сыну – Спасителю мира, Который дал нам обетование, что будет с нами до скончания века ( Мф.28:20 ). Обетование это сообщает нашей надежде неложность и силу, поэтому святой апостол Павел и говорит: Мы спасены в надежде ( Рим.8:24 ). Предметом нашей надежды является также и жизнь будущая, вечная, и настоящая, временная. И эти две жизни должны быть между собой так связаны, чтобы временная жизнь дала начало жизни будущей, вечной. Что мы ожидаем от будущей жизни? «Возлюбленные! Мы теперь дети Божии, но еще не открылось, что́ будем. Знаем только, что, когда откроется, будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть. И всякий, имеющий сию надежду на Него, очищает себя так, как Он (Бог) чист» ( 1Ин.3:2–3 ). Эти богодухновенные слова апостола приоткрывают завесу над грядущим нашим богоуподоблением и содержат призыв к самоочищению от греховной скверны. Но так как очищение от грехов и нравственное возрастание начинается на земле, то живет в людях надежда на помощь Божию, устрояющую и нашу временную, земную жизнь с ее не только духовными, но и другими потребностями. Поэтому Господь учит нас молиться не только о высшем благе – Царстве Небесном, но и о хлебе насущном и надеяться получить его от Отца Небесного. Мы молимся Богу в надежде получить от Него просимое, верим и надеемся, что Господь действительно услышит нас, ибо сказано Им: Проси́те, и дано будет вам ( Мф.7:7 ). Возникающие порой помимо воли молящегося сомнения рассеиваются, когда мысль благая приходит на сердце, утешение нисходит в душу, радость примирения с окружающими переполняет ее. Так, сильная, чудодейственная, спасительная вера и твердая, непостыдная, благодатная надежда неразлучны в душе подвижника. С их помощью творит он благодатную и плодоносную молитву. Святой Тихон Воронежский учит: «Держись верою в Пришедшего взыскати и спасти грешников и утверждай надежду свою на Нем, и Он неотменно взыщет и спасет тебя» (Творения. Т. IV, с. 162). Счастлив Христианин, возлагающий непостыдные надежды на Бога. По словам святого Иоанна Златоуста , христианская надежда есть «безопасный якорь, опора нашей жизни, руководитель на пути, ведущем к нему» (Творения. Т. I, кн. 1. СПб., 1895, с. 3). Святой отец наставляет: «Надейся на милость Божию, надейся и не сомневайся... И ты непременно получишь просимое» (Творения. Т. V, кн. 1., СПб., 1899, с. 150). Часто люди жалуются на свое одиночество, сиротство. А между тем в душе верующего человека ни при каких обстоятельствах не рождаются такие чувства, ибо с ним Дух Святой, живущий в нем ( 1Кор.3:16 ) и ничто не может отлучить его от Любви Божией ( Рим.8:35–39 ). Беда многих из нас в том, что, веруя в помощь Божию, мы, тем не менее, не очищаемся от грехов, не возрождаемся духом для подлинного богообщения. Нам необходима прежде всего молитва, чтобы Господь просветил очи сердца нашего, дабы мы познали, в чем состоит надежда призвания Его и какое богатство славного наследия Его и как безмерно величие могущества Его в нас, верующих по действию державной Силы Его ( Еф.1:18–19 ). Сердцем мы должны познать могущество Божие и сладость надежды , чтобы унаследовать богатство славного наследия Его . Благостны слова Господа: Аще и жена забудет чадо свое, но Аз не забуду тебя ( Ис.49:15 ), если только сам ты не забудешь Господа. Самомнение, малодушие, ложное упование, нетерпение, отчаяние являются грехами против христианской надежды: самонадеян и безумен евангельский богач, все свои надежды возложивший на обильный урожай и погибший в ближайшую же ночь. Псалмопевец предостерегает от надежды на князей и сынов человеческих , ибо в них нет спасения ( Пс.145:3 ). Немало людей надеется на свои способности, силы и пренебрегает помощью Божией. А между тем следует уповать на Бога жива, дающего нам всё обильно ( 1Тим.6:17 ). Малодушие изобличает робость души, не полагающейся на будущее из-за недостатка твердой веры в помощь Божию. В таком состоянии были ученики Спасителя во время плавания по бурному морю. К малодушным относятся слова святого апостола Петра: Всю печаль вашу возвергните на Господа, яко Той печется о вас . Ложное упование – это дерзкая, безрассудная надежда на Бога, с которой люди подвергают свою жизнь опасности, полагаясь на то, что Бог чудесно спасет их; такая надежда обрекает порой на бездействие в беде, болезни. Ложное упование проявляет и тот, кто верит, что собственными силами может спастись, забывая, что не самонадеянно, а со страхом и трепетом следует соделывать дело своего спасения. Ложно упование и того, кто ожидает содействия свыше своим беззакониям. Нетерпеливый возмущается и тяготится нестроениями и бедствиями жизни и постоянно на них жалуется. Он торопится созидать духовную жизнь и восхитить Царство Божие. Если терпеливый живет надеждой на будущее, то нетерпеливый совсем лишен ее. Отчаяние чаще всего возникает от сознания полной безнадежности и нередко приводит к самоубийству, как например Иуду. Горе человеку, который отчаивается получить благодатную помощь Господню и тем лишает себя всякой надежды на спасение. Отчаяние может овладеть человеком, ведущим порочный образ жизни. Только глубокое раскаяние и покаяние могут помочь ему избавиться от этого недуга. Мечтательная надежда свойственна человеку, руководствующемуся не разумными началами в своей религиозной жизни, а смутными представлениями и явной фантазией, отвлекающей от нормальной жизни. Разновидностью мечтательной надежды является ложный мистицизм, под влиянием которого люди надеются достигнуть духовного совершенства и обрести общение с Богом не в Церкви Христовой, а во всевозможных мистических сектах. И все эти миражи, вся эта призрачная жизнь рано или поздно сами себя разоблачают. Любовь Человеку свойственно милосердие. Он отзывчив на нужды людей и готов помогать и служить им, ибо к этому призывают его голос совести, долг человечности, стремление подражать лучшим людям. На жизненном пути каждого из нас стоят люди. Как мы относимся к ним, так и Господь отнесется к нам. Если мы прощаем долги – грехи их против нас, то Господь и нам простит наши грехи против них. Так говорит Он в молитве Господней. Жить по-христиански – значит исполнять заповеди Божии. А исполнять их – значит служить людям, прощать им, помогать им и молиться о них. Вот та основа, на которой вырастает подлинная любовь к людям, заповеданная нам Спасителем. Будучи Любовью ( 1Ин.4:8 ), Бог и нам заповедует любить. Любовь – наивысшая заповедь, необходимое условие благодатного единения с Ним. Смотрите, какую любовь дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божиими ( 1Ин.3:1 ) и через Его Сына получить жизнь вечную ( 1Ин.4:9 ). Любовь – небесного происхождения. Она – от Бога ( 1Ин.4:78 ). Бог-Отец возлюбил Своего Сына прежде основания мира ( Ин.17:24 ), возлюбил прежде нас ( 1Ин.4:19 ). «В том , – говорит Апостол, – любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши ( 1Ин.4:10 ), и мы познали эту любовь в том, что Он положил за нас душу Свою ( 1Ин.3:16 ).» Никакая сила в мире не способна отринуть нас от любви Божией. Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч? Но всё сие преодолеваем силою Возлюбившего нас. Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем ( Рим.8:35, 37–39 ). На Любовь Божию, в которой слиты воедино премирная любовь Отца, жертвенная, искупительная любовь Сына, освятительная, живоносная любовь Святого Духа, мы призваны отвечать сыновней любовью. Иудейский книжник, «искушая» ( Мф.22:35 ) Иисуса Христа, спросил Его: « Какая первая из всех заповедей? » Христос отвечал: « Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею: сия есть первая заповедь. Вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя » ( Втор.6:5 ; Лев.19:18 ; Мк.12:30–31 ; Мф.22:36–40 ; Лк.10:27–28 ). Спаситель точно передал закон Моисея и, развивая свою мысль, добавил: на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки ( Мф.22:40 ). Заповедь о любви к ближним Спаситель повторил и в Нагорной беседе, вновь сославшись на закон и пророки. И так во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки ( Мф.7:12 ). Для ветхозаветных времен такая точка зрения, соответствующая внутреннему смыслу учения Закона, и особенно пророков, была весьма прогрессивной. Сам Христос одобрял ее ( Мф.7:12 ). Но Сын Божий, Учитель Нового Завета, был провозвестником более высокого учения об отношении христианина к ближнему. Рассмотрим отношение человека к Богу в соответствии с заповедью, призывающей возлюбить Бога всем сердцем, всею душою, всем разумением, всею крепостию , ибо сердце – средоточие внутренней жизни человека. Вместе с разумом и совестью оно избирает направление, созидает тяготение человека к добру или злу ( Мф.15:19 ), к Богу или уходу от Него на страну далече . Сердце, избравшее путь к Богу, начинает трепетать чувством связи с Ним и возгорается любовью к своему живительному, любвеобильному Источнику и промыслительному Центру. Любить Бога всем сердцем и значит целиком, без остатка, доверить себя Творцу своему, для жизни Им и в Нем. Возлюбить Бога всею душою – значит возбудить в ней деятельность духа, этого начатка Духа Божия ( Рим.8:23 ), живущего в нас ( 2Тим.1:14 ) и отобразившего Образ Божий в нас. Любить душой – значит животвориться Духом Божиим, одухотворяться всеми способностями и силами самой души и ее духа. Возлюбить Бога всем разумом – значит принести Ему первородные дары: мысли, суждения, умственные озарения, проникновенную силу ума, дар духовного рассуждения , спасительное благоговение пред Премудростью и Благостью Божией, – посвятить их Богу. Возлюбить Бога всею крепостию – значит в единстве и гармонии всех физических, духовных и моральных сил направлять себя на служение благим целям. Итак, целиком и безраздельно человек должен проникнуться любовью к Богу, как бы слиться с Ним, как бы раствориться в Нем, сознавая при этом полноту единения с Богом, радость жизни в Нем. Ветхозаветное учение о Боге, в духе евангельском истолкованное, призывает нас к беззаветной, абсолютной любви к Богу. Вся история человечества, прошлая и настоящая, требует именно такого отношения к Богу, такой любви к Нему. Вспомним Адама, образ которого не перестает назидать человечество, напоминая о рае сладости , утраченном грехопадением. Одновременно Адам воспринимается нами как ослушник воли Божией, поправший райскую заповедь о полном подчинении человека Единому Богу – своему Творцу, Промыслителю и Спасителю. Почему Адам нарушил заповедь Господа? Что ввергло его в пучину бедствий? Причиной трагедии людской явился, между прочим, и недостаток любви первого человека к Богу. «Адамово падение, – говорит архиепископ Николай Кавасила , – произошло в нарушение любви к Богу». Он любил Бога, но не настолько, чтобы эта любовь постоянно удерживала его около Бога, предохраняя от падения. Он тяготел к Богу, но не настолько, чтобы его свободная воля могла противостоять соблазну. Адам воспринимал Бога более умом, чем сердцем. Голос сердца, голос любви к Богу не был господствующим в его душе. Настоящая любовь – источник совершенного послушания, какое явил Второй Адам, – идеал полного послушания и полной любви, даже до смерти, смерти же крестной ( Флп.2:8 ). Полнота любви и послушания преобразовывает ветхозаветного человека в новозаветного – в новое творение, в чадо Божие. Человек воссоздается, как бы заново творится любовью и силой Божией. «Через Нового Адама Святым Духом созидается новый, благодатный человек... в полноту возраста Христова» (архиепископ Гурий (Степанов) . Богозданный человек, с. 331). Новозаветное учение дополнило человеческое представление о Боге, выявило побудительные причины любви нашей к Богу. Спаситель указывал, что Бог – Любы есть , что он – Отец наш , что Он – Дух, Свет ... Единый по существу, Он открылся теперь Триипостасным, как Бог – Отец, Бог – Сын, Бог – Дух Святой с единой Божественной любовью в Своих взаимных Триипостасных отношениях и единой любовью к людям. Воплощение Сына Божия приблизило Бога к человеку и человека к Богу, и низвело небо на землю. Это особенно ярко сказалось в Воплощении Сына Божия и во всем Домостроительстве нашего спасения. Божественная Любовь воплотилась в Иисусе Христе и явилась людям. Жизнь на виду у народа, чудеса, участие в людях, страдания и смерть Спасителя суть главнейшие свидетельства любви Божественной, нисшедшей на землю. С тех пор небесная, Божественная Любовь через Святую Церковь действует в верующих, взыскующих спасение и полных сыновней любви к Богу. Вот почему мы и должны возлюбить Бога всем сердцем, всею душою, всем разумом, всею крепостию своею . Вот почему любовь к Богу в сердце христианина должна быть превыше всего. Кто любит отца или мать... сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня ( Мф.10:37 ). Так говорит Христос, ибо беззаветная любовь к Нему как Сыну Божию и Спасителю мира – залог подлинно христианского отношения как к родным по крови, так и к родным по духу. Воспринимая ближних во Христе, мы получим во сто крат более отцов, матерей, братьев, сестер... ( Мк.10:30 ) и установим с людьми христианские отношения. Преподобный Ефрем Сирин подчеркивает, что «каждый святой подвижник прежде всего старается иметь в своем сердце священную любовь к Богу и страх Божий, и тогда в любви к ближнему легко уже может преуспеть». «Поставь, – говорит преподобный, – первое на первом месте, тогда второе совершится по порядку... Если кто из братий вознамерится иметь наибольшее попечение о второй заповеди, то отсюда проистечет одно только внешнее служение братии, и никогда не будет он в состоянии исполнить сие служение чисто и здраво» (Творения. Т. III, с. 530–532). С другой стороны, любовь наша к Богу, преданность Ему проявляется в полной мере только в исполнении Его воли, Его заповедей. Если любите Меня , – говорит Господь, – соблюдите Мои заповеди ( Ин.14:15 ). Любовь состоит в том, чтобы мы поступали по заповедям Его ( 2Ин.1:6 ). Заповеди же, данные Спасителем, требуют любви к ближнему. В этой любви и заключается наша возможность проявить свою любовь к Богу. Мысль эта раскрыта Спасителем в беседе о Страшном суде, в которой Он относит лично к Себе всякое благодеяние и помощь, оказанные ближнему ( Мф.25:35–36 ). Следовательно, через преуспеяние во второй заповеди можно преуспеть и в первой. Значит, любовь к Богу и ближним взаимно обусловлены, настолько тесно связаны, что ни одна из них немыслима без другой. Толкуя слова Господа: Сие есть заповедь, да любите друг друга, как Я возлюбил вас , святой Иоанн Златоуст говорит: «Смотри, как любовь Божия сопоставляется с нашей и соединяется с нею, как бы цепью» ( И. Попов . Естественный нравственный закон. Сергиев Посад, 1897, с. 275). «Каждый по силе своей старайся, – говорит авва Дорофей , – соединяться друг с другом, а тем самым соединиться и с Богом. Мир есть круг с центром (Богом) в середине. Святые устремляются к этому Центру и на пути сближаются любовью с другими, тоже устремленными с окружности круга к Центру, к Богу» ( И. Попов . Естественный нравственный закон. Сергиев Посад, 1897, с. 266–267). Так сливается любовь к Богу с любовью к ближним. Но нет ли противоречия между служением Богу и ближнему? Не умаляется ли любовь к Богу любовью к ближним? Нет, если человек любит ближних в Боге и ради Бога, ибо тогда любовь к Богу выражается в бескорыстном служении ближним. О взаимосвязи любви к Богу и ближнему так говорит святой Тихон Воронежский: «Знаком любви к Богу является любовь к ближнему. Кто истинно любит Бога, тот любит и ближнего... Источник любви к ближнему есть любовь к Богу, но познается любовь к Богу от любви к ближнему. А отсюда явно есть, что не любит Бога тот, кто ближнего не любит» ( И. Попов . Естественный нравственный закон. Сергиев Посад, 1897, с. 275). Святой Иоанн Богослов свидетельствует: Кто говорит: я люблю Бога, а брата своего ненавидит, тот лжец ( 1Ин.4:20 ), потому что ненавидящий человека не может любить Бога. Знаменательны слова святого Исидора Пелусиота : «Хотя любовь к Богу и много важнее, однако делается еще ценнее, когда соединяется с любовью к человеку» ( А. Беляев . Любовь Божественная, с. 59). «Сущность любви – есть глубочайшее стремление природы человека к Божественному, или переживание Божественного в себе, пребывание в нем» ( А. Беляев . Любовь Божественная, с. 59). Стремление это исходит из духовной природы человека, созданной по образу Божию. Будучи родом Божиим ( Деян.17:28–29 ), человек имеет влечение к познанию Бога и достижению близости с Ним. Божественное начало, заложенное в человеке, определяет не только любовь к Богу, но и ко всем людям, без различия племен, народностей, религии, ибо каждый человек имеет бессмертную душу, предназначенную ко спасению. Считать своим ближним всякого человека научил нас Сам Христос, призвав следовать примеру самарянина, оказавшего милость израненному иноплеменнику ( Лк.10:29–37 ). Вслед за Христом этому же учит нас святой апостол Павел, говоря, что все люди составляют одно тело ( Еф.4:15 ). Что значит любить другого? – «Значит передать мое «я» в другое «я» и одновременно восприять другое «я» в мое собственное «я»» (Проф. М. Олесницкий . Из системы христианского нравоучения. Киев, 1896, с. 74). При этом происходит не обезличивание моего «я», но духовное обогащение его, ибо сердце с возрастающей любовью начинает вмещать в себя всех. Истинно любить другого – значит забыть о себе ради его блага. Самопожертвование – неотъемлемая и существеннейшая черта христианской любви. Высшим образцом его является жертвенная любовь к нам Спасителя до смерти, смерти же крестной . Только жертвенная, состраждущая любовь позволяет людям любить врагов своих и ненавидящих соделывать любящими. Любовь – связующее звено между людьми: объединяя людей, она духовно обогащает их. Без любви не соединят людей ни общность языка, ни общность обычаев и образа жизни, ни даже кровное родство. Там, где любовь угасает, распадаются союзы, черствеют сердца, друзья теряют друг друга, дети, теряя духовную связь с родителями, вооружаются против них, приходит в упадок общественная жизнь. На Тайной Вечери в Сионской горнице Иисус Христос заповедал ученикам Своим любить ближних. Он сказал: Заповедь новую даю вам, да лю́бите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да лю́бите друг друга ( Ин.13:34, 15:12 ). Святой Кирилл Александрийский особое значение придает словам Иисуса Христа: «Как Я возлюбил вас». Он говорит, что Иисус Христос «возлюбил нас больше Себя, поскольку жизнь Свою положил за нас и тем утвердил новую, наибольшую заповедь: Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих ( Ин.15:13 )». Подобно святому Кириллу Александрийскому , и святой Иоанн Златоуст говорит: «Христос сделал заповедь новую по образцу (типос) Своей любви, поэтому и присовокупил: «Как Я возлюбил вас»» ( К. Сильченков . Прощальная беседа Иисуса Христа, с. 31–32). Убедительное свидетельство жертвенной любви Иисус Христос явил в той же Сионской горнице, когда, совершая Евхаристию, сказал апостолам: Тело Мое за вас предается... И кровь за вас проливается ( Лк.22:19–20 ). Как видим, в основе отношений человека к человеку в Новом Завете лежит любовь к нам Иисуса Христа, принесшего Себя в жертву, чтобы спасти всех верующих в Него, сделать их наследниками вечной жизни в Боге. Искупительная жертвенная любовь Сына Божия – высшая норма отношения христианина к христианину, существенная черта, высшее выражение и нашей любви, ибо для нас сказано: Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих ( Ин.15:13 ), т. е. поступит по примеру своего Учителя и Господа. Иисус Христос дает нам возможность искупить свою личную греховность и эгоистичность жертвенной любовью к ближнему. Мы считаем обычно, что наша личная жизнь принадлежит только нам и потому так легко позволяем себе грешить. А, между тем, нам принадлежат только наши грехи, за которые мы ответственны пред Богом, а все остальное, что имеем, не принадлежит нам и должно быть возвращено Богу через любовь и служение людям. И если мы эгоистично любим себя, свою душу, т. е. любим греховно, то погубим ее ( Ин.12:25 ). А если отдаем ее Богу и людям, то спасаем ее для вечной жизни в Боге. Жития святых дают христианам высокие примеры любви к Богу и ближним. Безграничная любовь к людям вложила в уста преподобного Агафона такие слова: «О, если бы я мог отдать прокаженному свое тело здоровое, а себе взять его больное» («Достопамятные сказания о подвигах святых и блаженных отец», с. 32). Преподобный Серапион, узнав, что один благочестивый человек исповедует манихейскую веру, оставил пустыню, нанялся к нему в работники и служил ему до тех пор, пока не убедил оставить манихейство (Четьи Минеи, 15 мая). Назидательный случай, свидетельствующий о взаимной любви подвижников святой обители, произошел в жизни преподобного Макария Великого . Сирийский инок принес ему гроздь винограда. Преподобный отдал ее больному иноку. Этот инок, помышляя о благе ближнего, отнес виноград другому иноку, а тот передал третьему, третий – четвертому... Обойдя все кельи и переходя из рук в руки, гроздь возвратилась к преподобному Макарию. Любовь и воздержание братии, претворившей в жизнь завет Апостола: Не оставайтесь должными никому ничем, кроме взаимной любви ( Рим.13:8 ), наполнили сердце преподобного священной радостью (Священник Г. Дьяченко . Уроки и примеры христианской любви. Изд. 2. СПб., 1902, с. 66). Святые подвижники, забывая о себе, отдавали ближним всё, что имели. У святого Филарета Милостивого, ограбленного арабами, оставались пашня, лошадь, два вола, корова, теленок. Но, когда солдату понадобилась лошадь, он отдал ее ему; когда у соседа на пашне пали волы, он отвел ему своих. Бедняку подарил теленка и корову. Отдал голодным пшеницу, неимущим – одежду. В ответ на упрек жены он ответил: «Посмотри на птиц небесных и на полевые лилии и усмотри заботу Божию о них. И Бог, питая птиц, оставит ли нас без пропитания?!» И действительно, святой Филарет вскоре был щедро вознагражден и продолжал до конца дней своих (он прожил 90 лет) творить милосердие, в основе которого лежала непоколебимая, всепобеждающая вера в Бога, в Его Любовь и Милосердие. Святой Филарет Милостивый следовал примеру евангельской бедной вдовицы, положившей в храмовую кружку две последние монеты в надежде, что Господь не оставит ее Своим попечением. Высший же пример милосердия указал нам Спаситель в притче о милосердном самарянине, который сделал решительно все, что было в его силах, чтобы облегчить участь страждущего иноплеменника. Последовательно, шаг за шагом он помогал пострадавшему от разбойников, а когда привез его в город, то позаботился и о его будущем. Пример самарянина показал, что всякое доброе дело тогда только подлинно милосердно, когда доведено до конца. Заканчивая притчу, Христос сказал каждому из Своих учеников и последователей, а следовательно, и нам: Иди и ты поступай так же ( Лк.10:37 ). Господь наш Иисус Христос сказал однажды: Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся ( Лк.12:49 ). Огонь, низведенный Иисусом Христом на землю, есть Божественная любовь, требующая от людей любви к Богу и ближним. Он есть и духовная пламенная ревность о Боге и спасении всех в Боге. Любовь наша к Богу может быть безграничной, поскольку безгранично Существо Божие и попечение Его о нас. Любовь же к людям должна проистекать из любви к Богу. Любовь к людям в Боге немыслима без любви к Богу, и уже в этой любви найдет себе место и любовь к человеку. Если же в душе христианина возобладает любовь к ближнему, как страсть, или, говоря языком отеческой письменности, пристрастие, то «она может удалить от любви к Богу, причинить большой вред и ввергнуть в пагубу» (Преподобный Никодим Святогорец . Невидимая брань. Изд. 5. М., 1912, с. 273). Преподобный Ефрем Сирин назидает: «Если кто из братии вознамерится иметь наибольшее попечение о второй заповеди (о любви к ближним), то отсюда проистечет одно только внешнее служение братии, и никогда не будет он в состоянии исполнить сие служение чисто и здраво» (Творения, Т. III, с. 530–532). Любя ближних, не следует забывать о «благоугождении Богу» – любить людей в Боге, стараясь творить дела, достойные Бога и спасительные для человека. Но, предостерегает преподобный Никодим, нередко при этом вторгается в душу «ревность не по разуму» – навязчивое стремление «докучать словом своим без разбора» и тем нарушать мир и своей души, и души ближнего. Надо «иметь жажду спасения ближнего, но надлежит, чтобы она исходила от любви к Богу, а не от неразумной ревности» (Невидимая брань, с. 274). Надлежит хранить душевный мир и покой и «умерять горячность ревности о других, о неразумных заботах, о пользе их» (Невидимая брань, с. 274). Всякое дело Божие надо творить мирно, «просто и свято» (Невидимая брань, с. 274), согласуя с волей Божией о нем, и особенно дело любви и милосердия. Неразумная, слепая любовь часто проявляется в родственных отношениях и у верующих людей, особенно у родителей единственного ребенка. Слепая любовь принуждает заботиться более о телесных его потребностях, чем о душе и ее нормальном развитии. Одного ребенка обычно перекармливают, не по сезону одевают, во всем ублажают, не приучают к труду, уступчивости, помощи другим, к терпению и молитве. Вырастает «барчук», не приспособленный к жизни. Он самолюбив, обидчив, любит командовать, а когда это не удается, то замыкается в себе, испытывая неприязнь к окружающим. Нашему обществу нужны инициативные труженики, а не индивидуалисты-барчуки. Христос заповедал нам любить врагов наших ( Мф.5:44 ). Любовь к врагам – высшая степень любви к людям. Такой любви нельзя достичь вдруг, не преодолев в себе равнодушия, теплохладности в отношении к людям. Все мы – Единое Тело Христово ( Еф.1:23 ), и каждый из нас – член этого Тела. Если один из членов тела заболевает, болезнь сказывается на жизни всего тела. Мы призваны быть сознательными, разумными членами тела (Церкви, данного общества, трудового коллектива). А это значит, должны избавиться от равнодушия, безучастности к окружающей жизни, проникнуться доверием, уважением к каждому, проявлять готовность помогать друг другу. Что особенно мешает на этом пути? Злоба, вражда, ненависть, враги, которых заповедано нам любить ( Мф.5:44 ). Как прекратить вражду и восстановить нормальные отношения с недругом? В каждом отдельном случае надо прежде всего выяснить, когда возникла ненависть и что ее породило. И тогда окажется, что вражда, скрытая или явная, возникла не без нашего участия, что наша невнимательность к людям, нечуткость, нетактичность и гордость вызвали сначала нерасположение к нам, а затем вражду и ненависть, превратившие вчерашних друзей во врагов. Значит, мы сами виноваты во многом, а более всего в том, что ввели в грех пред Богом своих ближних. На любое зло христианин отвечает не новым злом, а добром, следуя призыву Апостола искать добра друг другу, а не воздавать злом за зло ( 1Пет.3:9 ; Рим.12:17 ). Чувство ответственности пред Богом, сознание вины смягчает сердца и сообщает им решимость найти пути к сердцу недруга и помочь ему. Если враг твой голоден , – говорит святой апостол Павел, – накорми его, если жаждет, напои его... и побеждай зло добром ( Рим.12:20–21 ). Итак, не негодовать на недруга, не отвечать на вражду враждой, а состраждущей любовью помогать ему избавиться от своего недуга призывает нас Господь. Священное Писание содержит заповеди о любви к Богу и ближнему, но не к самому себе. Однако есть соблазн думать, что такая любовь допустима и что основанием для нее является формулировка второй заповеди: Возлюби ближнего как самого себя . Из нее делается молчаливый вывод, что можно любить и себя самого, если любовь к себе ставится в образец любви к ближнему. Но что значит любить себя с точки зрения нравственности Ветхого Завета, провозгласившего эту заповедь? В те давние времена добродетелью считалось не убивать, не красть, не лжесвидетельствовать, не желать чужого и пр. ( Рим.13:9 ), т. е. не делать людям того, чего не желаешь себе. Естественное стремление оградить себя от какого бы то ни было зла значило любить самого себя. Но эта любовь – биологическая, побуждающая к самосохранению. Ей соответствуют слова: «Никто к плоти своей не имеет ненависти, но питает и греет ее» ( Еф.5:29 ). Если такая любовь будет, тогда, продолжает апостол, все другие, указанные выше, заповеди будут заключаться в сих словах: люби ближнего твоего, как самого себя ( Рим.13:9 ), т. е. не твори ему того зла, какого не хочешь самому себе. Христианская любовь не пассивная добродетель, заключающаяся только в воздержании от зла, но активная, созидательная, духовно возрождающая, делающая ветхого человека новым . Она и есть тот огонь, который Христос низвел на землю ( Лк.12:49 ). Если хотим достигнуть Царствия Божия, говорит святой Иоанн Златоуст , то должны стараться показать что-нибудь большее против ветхозаветных заповедей, а иначе нельзя получить небесных благ. Если мы достигнем только в меру возраста ветхозаветных людей, то будем стоять вне врат. Ибо... если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев , – говорит Господь, – то вы не войдете в Царство Небесное ( Мф.5:20 ) (Творения. Т. VII, с. 201). О таких людях святой апостол Павел говорит: Умы их ослеплены... покрывало доныне остается (у них) не снятым при чтении Ветхого Завета, потому что оно снимается Христом ( 2Кор.3:14–16 ). Наша жизнь не принадлежит нам. Она – дар Божий, и распоряжаться ею может только Тот, Кто даровал ее. Любить надо прежде всего Господа за этот дар, за благо жить, за радость дышать, любить жизнь и людей, благодарить и прославлять Господа. И свою любовь показывать исполнением заповедей Его, и в частности заповеди любви к ближним. Чтобы любить другого, надо непрерывно преодолевать свою самость, эгоизм, плотяность, гордость. Надо отречься от себя, возненавидеть себялюбие . Отдавая себя другому, надо самоотреченно забывать себя самого. «Забудь, – говорит преподобный Никодим Святогорец , – совсем о себе, и да живет в душе твоей одна любовь к Богу... Бог от тебя желает только смирения» (Невидимая брань, с. 274.) Силой любви к Богу подвижник «совершенно отрекается от любви к самому себе» (Добротолюбие, т. III, 17) и «не гневается, но остается душевно прилепленным к оскорбляющему его и обижающему» (Добротолюбие, т. III, 68). Так жили святые апостолы, истощая себя за души людей ( 2Кор.12:15 ). Апостолы благовествовали, пребывая в муках рождения чад своих, доколе не изобразится в них Христос ( Гал.4:19 ). Такая самоотверженная христоподражательная любовь заповедана и нам. Любя Бога, христианин в Боге любит и себя самого и ближних, свидетельствуя об этой любви делами милосердия и смиренного самоотречения. Человек нуждается в призыве не к себялюбию, а к обновлению и возрождению, чтобы стать Боголюбцем и человеколюбцем. Иисус Христос возлюбил нас больше, чем Себя, поэтому и мы призываемся любить других больше себя. Это значит, что если кто-то, например, делает две вещи – для себя и соседа, то для него он должен сделать лучше и в первую очередь. Таков закон любви христианской: больше и лучше – другому, меньше и хуже – себе. Возможно ли это? В Боге и с Богом для человека все возможно. Христианин должен не возгревать любовь к себе, но совершенствоваться в самопознании, трезвении, воздержании, смирении, молитвенности, покаянии, самоограничении и хранить чистоту сердца, чтобы достойно вмещать в себе образ Божий. К этому обязывает его и сознание, что он – чадо Божие. Только при этом условии человек оказывается в состоянии по-христиански разрешить все вопросы, касающиеся его личности. Итак, можно ли любить себя самого? Можно. Эта любовь проявляется в деятельном самовыражении, когда все силы души направлены на служение Богу и ближним ( Ин.15:9 ). Такая любовь чужда эгоцентризму, себялюбию (в обыденном понимании этого слова). Центр такой любви есть Бог ( 1Ин.4:8 ). Пастырская любовь Пастыреначальник Церкви Христовой Сам Иисус Христос, а Его Апостолы – первые пастыри, воспринявшие Любовь Христову. Они говорили: Любовь познали мы в том, что Он положил за нас душу Свою ( 1Ин.3:16 ). Святым ученикам Господа открылся высший смысл любви: И мы должны полагать души свои за братьев ( 1Ин.3:16 ). Неудивительно, что Божественная любовь – краеугольный камень Церкви Христовой. Сам Спаситель, явившись Апостолам по Своем Воскресении, три раза спрашивал святого апостола Петра: Симон Ионин! любишь ли ты Меня ... И услышав положительный ответ, добавлял: Паси овец Моих ( Ин.21.15–17 ), т. е. созидай на основе Любви Церковь Мою. Спаситель говорил о высшей, Божественной, жертвенной любви (ἀγαπᾷς με), а святой апостол Петр о человеческой привязанности, о дружеской любви (φιλεῖς με), которой любил он Спасителя до дня Святой Пятидесятницы. Спаситель хотел, чтобы святой апостол Петр осознал необходимость высшей, жертвенной любви для апостольско-пастырского служения, ибо только при такой любви можно любить и опекать не только взрослых овец, но и слабых ягнят, т. е. людей не только сильной, но и слабой веры. Еще ранее Спаситель преподал ученикам Свое учение о пастырской любви и пастырских обязанностях в притче о добром пастыре ( Ин.10:1–29 ). Добрый пастырь – это прежде всего любящий пастырь. Доброта, отзывчивость, любовь его распространяются не только на всех овец вообще, но и на каждую из них в отдельности. Он знает каждую по имени, зовет ее, удовлетворяет ее потребности, охраняет от опасности, как и предсказано было пророками ( Иез.34:2–5 ). А если потеряет одну из ста овец, то усердно ищет ее. Найдя, радуется и созывает друзей разделить с ним радость обретения ее ( Лк.15:4–6 ). Важнейшей чертой пастырской любви является забота о наиболее нуждающихся в его внимании овцах. Хорошо знать стадо овец, чтобы заботиться о нем, можно лишь при условии рачительного попечения о каждой отдельной овце. Любящего пастыря хорошо знают все овцы и идут за ним, потому что знают голос Его ( Ин.10:4 ) и доверяют Ему. Пастыря соединяют с паствой неразрывные узы, поэтому ему ведомо, куда вывести своих овец, на какое пастбище направить, как защитить от врагов. Всесторонняя забота об овцах своего словесного стада составляет отличительную черту пастырской любви, высшей же особенностью ее является готовность пастыря к полному самоотречению ради блага пасомых. Во всех делах пастырю помогает Сам Пастыреначальник, образ Которого он носит в своем сердце. Ведь именно Он провозгласил, что пришел призвать всех грешников ( Лк.5:31–32 ), всех погибающих ( Мф.18:11 ; Лк.9:56 ), взыскующих спасения, всех заблудившихся, ушедших в страну далекую . Ведь именно Он особенно трогательно указал на попечение и любовь к погибающим в притчах о пропавшей овце, о потерянной драхме и блудном сыне ( Лк.15:4–32 ). Особая любовь Божия ко всем погибающим вне Царства Божия подчеркнута в этих притчах указанием на ту великую радость, какая бывает на небе и на земле, среди людей и ангелов, и у самого Престола Божия, если находится заблудшая овца и возвращается в отчий дом блудный сын. Нося в себе образ Христа-Человеколюбца, пастырь соделывается причастником Христовой радости. Учение святых апостолов о пастырской любви Апостольские послания учат, что, созидая в себе попечительную любовь к пастве, пастырь должен всю паству в целом и каждое духовное чадо свое в отдельности взять в свое сердце ( 2Кор.7:3 ), отдать им свою душу ( 1Фес.2:8 ), возревновать о них ревностью Божией ( 2Кор.11:2 ), и нести ответственность пред Ним, чтобы пасомые не отошли от спасительного пути жизни ( 2Кор.11:3 ). Каждого из вас, как отец детей своих, мы просили, и убеждали, и умоляли поступать достойно Бога, призвавшего вас в Свое Царство и славу ( 1Фес.2:11–12 ) – говорит святой апостол Павел. Святые апостолы благовествовали и христианским общинам, и отдельным членам этих общин, даже немощным, слабым, презираемым. Для немощных , – говорил святой апостол Павел, – (я) был как немощный ( 1Кор.9:22 ). Кто изнемогает , – спрашивал он, – с кем бы я не изнемогал? Кто соблазняется, за кого бы я не воспламенялся? ( 2Кор.11:29 ). Для святых апостолов жить значило отдавать себя людям ( 2Кор.12:12 ). Апостолы принимали в свои сердца каждое чадо свое, чревоболезнуя о их немощах и радуясь, когда они ходили в истине ( 3Ин.1:4 ), ибо в душах их были запечатлены образ Христа страждущего, распятого ( 1Кор.1:23 ) за грехи мира, и любовь к людям. Святой апостол Павел не раз указывал, что только силой живущего и действующего в нем Христа, Его Божественной силы и благодати, он есть то, что есть ( 2Кор.13:3–5 ; Кол.1:26–27 ; 1Кор.15:10 ). Апостол подчеркивал, что только сердце, в котором живет Христос, может вместить ищущих спасения, чтобы вместе (с ними) и умереть, и жить ( 2Кор.7:3 ). Когда Апостол говорит: Не я живу, но живет во мне Христос ( Гал.2:20 ) или обращается к пасомым: Или вы не знаете самих себя, что Иисус Христос в вас ( 2Кор.13:5 ; Кол.1:27 ), он указывает на силу Божию, могущую восполнить немощь человеческую, обновить душу того, кто взыщет помощь Божию. Любовь Христова созидает в сердце христианина высшую форму любви – жертвенную, небесную. В сердце пастыря она рождает любовь сострадательную. «Примите во внимание, – говорит один из русских пасторологов, – что проникнуть в совесть ближнего невозможно путем обычного изучения характера... Нужно чувство глубокого сострадания и самоотверженной любви, как для самого понимания внутренней жизни другого, так особенно для усвоения способности воздействовать на нее. Это чувство выражается в духовном отождествлении себя с другими, распространении своей совести на всю паству, во внутреннем переживании той борьбы, через которую все вверенные души восходят к духовному совершенству и в направлении этой борьбы к желаемому исходу». Для пастыря стада Христова – причастника духовной жизни личная жизнь как бы перестает существовать. Сердце пастыря, полное жертвенной любви к ближним и открытое для паствы, не оскудевает, но преизобильно обогащается и укрепляется, ибо духовно-благодатная Божественная жизнь других становится и его достоянием. Он получает во сто крат больше домов, и братьев, и сестер, и отцов, и матерей, и детей, и земель, а в веке грядущем – жизнь вечную ( Мк.10:30 ; Мф.19:29 ). Такова полнота духовной жизни пастыря и таково великое утешение сострадательной и попечительной любви его. Гимн любви святого апостола Павла Учение святого апостола Павла о христианской любви содержится во всех его посланиях; сконцентрировано же оно в 13 главе Первого послания к коринфянам, которую называют гимном Христовой любви. Чуждая себялюбию, эгоизму, она не завидует... не превозносится, не гордится, не бесчинствует... не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде ( 1Кор.13:4–5 ). Если человек не знает такой любви, он – ничто, хотя бы и обладал самыми высокими дарами: даром веры, двигающей горами, даром познания, знанием языков, даже ангельских, даром пророчества и постижения всех тайн мироздания ( 1Кор.13:1–2 ). Без любви и чрезвычайные подвиги не приносят никакой пользы: ни раздача имения, ни отдача тела на сожжение ( 1Кор.13:3 ), ибо сами по себе они ничто; без любви они не обновляют, духовно не возрождают человека, из ветхого и душевного не соделывают нового , духовного. Только самоотверженная, благодатная любовь Божия преображает человека, делает подлинным чадом Божиим, наследником Царства Христова, ибо как ни тяжела жизнь, любовь – все переносит и долготерпит . Она все покрывает , все прощает и возмещает, ибо милосердствует ради других ( 1Кор.13:4–6 ). Для нее полнота жизни не только в настоящем, но и в будущем: она всему верит и всего надеется , а потому никогда не перестает ( 1Кор.13:7 ). Иссякнут и пророчества, и языки, и знания ( 1Кор.13:8 ), но она не прекратится , будет вечной. И когда минут все сроки и настанет совершенное , она все гадательное и тусклое претворит в полное, совершенное знание ( 1Кор.13:10–12 ). Знаменательно, что в апофеозе христианской любви не упоминаются ни Бог, ни человек. Бог, Который есть совершенная Любовь, во взаимодействии с человеком пробуждает в нем все лучшие свойства и способность к любви, пробуждая человека до способности полного соединения его с Богом, и наступает тот самый апоката́стасис , о котором говорит Апостол языков в Послании к ефесянам: «Христос возлюбил нас и предал Себя за нас в приношение и жертву Богу» ( Еф.5:2 ). Святой апостол воспевает Абсолютную Любовь, которая уже царит в мире настоящем и будет царить в мире будущем, все определяя собой и ныне и вовеки. И, однако, не упоминающий ни Бога, ни человека гимн этот посвящен именно им, ибо говорит о всепобеждающей Любви Христовой и об обновлении, преображении ею человека. Гимн этот – основной закон любви христианской, способной к бесконечному развитию: господствуя в сердце последователя Христа, любовь тем сильнее возрастает, чем больший круг любящих объемлет и чем самоотверженнее себя для них распинает. Истинная пастырская любовь немыслима вне этого закона: всецело принадлежа пастве, она заставляет забывать себя и совершенно отдаться служению ближним во имя и во славу Господа нашего Иисуса Христа. Проф.-протоиерей Александр Ветелев К этому виду внутренней жизни относится и «сокровенный сердца человек в нетленной красоте его кроткого и молчаливого духа», о котором говорит святой апостол Петр ( 1Пет.3:4 ). Вера в Бога имеет разные источники. В одном случае достаточно услышать слово Божие, как говорит святой апостол Павел. В другом – разумные размышления и мысли о мире и жизни неизбежно приводят к ней, как свидетельствует святой Василий Великий и утверждает митрополит Филарет (Дроздов) . К духовно одаренным натурам вера приходит через интуитивное озарение (внутреннее откровение). Природа Бога всесовершенна, неисчерпаема и неопределима. В своей внутренней сути Он есть неисследуемая глубина и недоведомая тайна. Все, что потребно нам знать о Боге для нашего спасения, открыто нам Сыном Божиим и Духом Святым. Все, что можно знать о Боге в личном опыте подвижнику, достигается им верой и любовью. Живая вера помогает ему чувствовать всеприсутствие Бога и чрез это чувство познавать Его в меру духовного возрастания своего. Любовь постигает Бога чрез внутреннее общение с Ним как Богом любви и милосердия. «...Всякий любящий рожден от Бога и знает Бога» ( 1Ин.4:7 ).