Снятие св. Плащаницы с престола в день отдания св. Пасхи и обряды, совершаемые при этом в Малороссии

В связи с богослужебными обычаями Страстной недели и первого дня св. Пасхи находится обычай, практикуемый в нашей церкви, полагать Плащаницу на св. престоле по окончании полунощницы, перед началом пасхальной утрени, и оставлять ее здесь до отдания праздника Пасхи. В этот день Плащаница убирается с престола на обычное место, причем в некоторых местах совершаются при этом религиозные церемонии и церковно-богослужебные обряды. «По окончании полунощницы или во время её обыкновенно, – говорит о. Никольский, – все священнослужители в облачении безмолвно переносят Плащаницу со середины храма в алтарь, царскими вратами, – окадив ее, как перед несением, так и по положении её на престоле, и затем Царские двери затворяются до начала утрени. На престоле Плащаница лежит до отдания праздника Пасхи, в изображение сорокадневного пребывания Господа на земле ". 1 На чем основывается настоящий обряд в целом своем виде, сказать определенно трудно, но некоторые его частности имеют несомненные основания в практике восточных церквей, откуда получил свое начало и сам обычай выносить в Великую субботу после великого славословия вместе с Евангелием и св. Плащаницу. Так, несомненно, известно, что обычай полагать Плащаницу на престоле явился на Руси из современной нам практики церквей восточных 2 , хотя, впрочем, с некоторыми особенностями. Из современных уставов церквей греческой и болгарской можно видеть 3 , что на востоке Плащаница полагается на престоле непосредственно после входа с нею на утрени в Великую субботу, тогда как у нас ныне по входе при пении «Благообразный Иосиф» она относится снова на середину храма, откуда и переносится на престол, как мы уже сказали, перед началом пасхальной утрени, по окончании полунощницы. Этот последний обычай, находясь в некотором противоречии с современной практикой церквей восточных, не согласуется с предписаниями и нашего современного Типикона. Описывая вход с Плащаницею и Евангелием в Великую субботу на утрени, наш Типикон замечает: «сему же (т.е. Трисвятому, которое поется при совершении рассматриваемого нами входа) кончану бывшу, входит настоятель со Евангелием в царские двери и полагает Евангелие на престоле, уготованне столе во образ гроба» 4 Т. е. по нашему Типикону, Плащаница совершенно не лежит на престоле, а после входа с нею на утрени в Великую субботу вносится в алтарь и полагается на особенно для этого случая устроенном столе «во образ гроба», где и лежит до следующего года. Рассматриваемая нами практика относительно времени снятия Плащаницы с престола, не согласуется, наконец, и с древнейшею нашею богослужебною практикою, которая тоже допускала положение Плащаницы на престол, хотя, впрочем, только на одну неделю св. Пасхи до недели Фоминой. В 16 веке, когда впервые появился обычай выносить в Великую субботу на утрени вместе с Евангелием и Плащаницу, после входа с Евангелием и Плащаницею или «воздухом, на нем же образ положения во гроб Господа нашего Иисуса Христа, целуют и полагают св. Евангелие в алтари на святой трапезе, с ним же и воздух полагается на святой трапезе даже и до Фоминой недели " 5 . Этим воздухом в обителях Антониево-Сийской 6 , Кирилло-Белозерской 7 , Троице-Сергиевской 8 и на Прилуке 9 престол покрывался всю пасхальную неделю до субботы, а в этот день, после окончания литургии, снимали его с престола и убирали на прежнее место. Иногда, так как престол был мал, а Плащаница, или воздух велик, то для удобства священнодействия Евангелие не полагалось на престоле, «занеже воздух на престоле» 10 . Приведенные сейчас выдержки из богослужебных памятников 16 века ясно для нас устанавливают, как тот факт, что Плащаница полагалась на престоле в Великую субботу на утрени после входа, так равно и тот, что оставалась эта Плащаница только до Фомина воскресенья, или вернее до субботы св. Пасхи, когда после окончания литургии, она убиралась на обычное место, на котором лежит в остальное время года. Этот обычай практики 16 века в нашей церкви находится, по всей вероятности, в некоторой зависимости от практики из времен господства на Руси устава студийского, по которому отдание праздника Пасхи совершалось не накануне Вознесения, как ныне, а именно в субботу пасхальной недели 11 . На чем основывается практика нашего времени относительно времени снятия Плащаницы с престола, решить категорически нет никаких оснований, так как в письменных памятниках, известных нам, об этом обряде решительно ничего не говорится. Наш нынешний Типикон, как выше было замечено, не указывает даже полагать Плащаницу на престоле, в современных же Типиконах церквей восточных о времени снятия Плащаницы нет никаких указаний. Здесь же, в этом отсутствии каких бы то ни было письменных указаний относительно времени снятия Плащаницы с престола, кроется главным образом причина и того обстоятельства, что обряды, совершаемые при этом действии в настоящее время, чрезвычайно разнообразны. В Великороссии, например, повсеместно Плащаницу убирают с престола после окончания литургии в отдание праздника св. Пасхи и без всяких обрядовых действий. Так это делается и в некоторых местах Малороссии, но здесь в большинстве случаев настоящее снятие Плащаницы с престола обставлено довольно трогательною и строго религиозною церемонию, которая привлекает в храмы множество молящихся и доставляет им истинно религиозное наслаждение. В Малороссии снимается Плащаница с престола тоже в отдание св. Пасхи. Перед литургией этого дня священник снимает Плащаницу с престола, выносит ее на середину храма и полагает на столе, на котором она обыкновенно лежит в пятницу и в субботу Страстной седмицы. Молящиеся приходят в храмы, лобызают Плащаницу и ставят перед нею во множестве свечи. При окончании литургии, после пения двукратно: «Буди имя Господне», священник выходит из алтаря к Плащанице, трижды кадит ее кругом и на голове с пением тропаря: «Вознесся еси во славе, Христе Боже наш» или стиха: «Вознесыйся на небеса, Боже» уносит ее в алтарь и полагает на обычном месте, где она лежит в течении целого года. Затем поется в третий раз «Буди имя Господне», читается 33 псалом и оканчивается литургия по Уставу. Описанная картина внесения Плащаницы в алтарь производит глубокое впечатление на молящихся и переносит их мысль на гору Елеонскую, с которой Христос Спаситель в виду своих учеников вознесся на небо и сел одесную Бога Отца. Отсюда-то иногда в простом народе этот день называется не отданием праздника Пасхи, а « вшествием ". В других местах литургия в день отдания праздника Пасхи совершается обычным порядком и Плащаница до её окончания лежит на престоле, так как по Уставу, этою литургиею собственно оканчиваются службы св. Пасхи; но после двукратного пения «Буди имя Господне» , священник трижды кадит Плащаницу, лежащую на престоле, кругом; берет ее на голову и обносит кругом престола, в царские двери с пением тропаря: «Вознесся еси во славе, Христе Боже наш» выносит ее на середину храма и полагает на обычном столе. Совершив целование, священник уходит в алтарь и обычным, по Уставу, порядком оканчивает литургию. В это время молящиеся лобызают Плащаницу. По окончании литургии Плащаница с середины храма убирается на обычное место, где она лежит в течение года, уже без всяких обрядов. Иногда Плащаница на середине храма лежит до 12 часов дня и двери его остаются открытыми. В храмы приходят молящиеся, лобызают Плащаницу и ставят перед нею свечи, а в полдень приходит в храм священник и убирает Плащаницу без всяких обрядов на обыкновенное место. Из сказанного можно сделать следующие заключения: 1) Положение Плащаницы на престоле, хотя совершается и не по указанию нашего нынешнего церковного Устава, но согласно с практикою церквей христианского востока, от которого мы позаимствовали употребление в церковном богослужении Плащаницы и обряды, совершаемые при выносе её в Великую пятницу и в Великую субботу Страстной седмицы, с той однако разницей, что на востоке это положение Плащаницы совершается в Великую субботу после входа, а у нас, при окончании полунощницы, перед началом пасхальной утрени. 2) Время снятия Плащаницы с престола в день отдания этого праздника, не указывается ни в каких письменных богослужебных памятниках церквей нашей славяно-русской и христианского востока. Сорокадневное пребывание Плащаницы на престоле может быть пока оправдываемо единственно вышеприведенным соображением о. Никольского, что это делается «в изображение сорокадневного пребывания Господа на земле». 3) Все обряды, совершаемые в Малороссии, при снятии Плащаницы с престола в день отдания св. Пасхи, несомненно местного происхождения и не имеют никакого основания в письменных источниках. Но будучи вполне согласно с духом и характером православного церковного богослужения вообще и представляя некоторое видимое соответствие настоящего обряда с тою идеею, или моментом в земной жизни Спасителя нашего, который совершился в сороковой день по воскресении Его в частности, настоящий обряд, по нашему мнению, заслуживает полного внимания и достоин того, чтобы пастыри, унаследовавшие сей прекрасный обычай по преданию от своих предшественников, не оставляли его, а свято блюли бы. При этом считаем однако не лишним заметить, что из всех вышеуказанных обычаев снятия Плащаницы с престола, по нашему мнению, более правилен и более отвечает воспоминаемому событию по своим подробностям тот, по которому снятая с престола Плащаница, при пении тропаря: «Вознесся еси во славе Христе Боже наш» или стиха: «Вознесыйся на небеса, Боже» уносится с середины храма в алтарь, который, по общепринятому и общераспространенному толкованию Отцов и учителей церкви, изображает по отношению к средней части храма небо. Сюда-то, по сказанию книги Деяний Апостольских (1, 9, 10), и было совершено вознесение Господа нашего Иисуса Христа после Его сорокадневного пребывания на земле с момента Его воскресения из мертвых. В этой практике нельзя не обратить внимания на то обстоятельство, что литургия в день отдания Пасхи совершается не на Плащанице, которая, по этому обычаю, еще до начала её выносится на середину храма, тогда как повсеместная практика такова, что Плащаница убирается с престола после литургии. Но это кажущееся неудобство настоящей практики легко может быть устранено положением на престоле для совершения этой литургии другого экземпляра Плащаницы, какой, без всякого сомнения, найдется в каждом даже бедном храме, а если бы даже и не нашелся таковой экземпляр Плащаницы по каким бы то ни было причинам, рассматриваемая нами практика, допускающая снятие Плащаницы с престола до начала литургии, имеет много важных религиозно-воспитательных сторон, которыми пренебрегать никоим образом не следует. Вынесенная Плащаница на середину храма, находясь перед взорами молящегося народа, который лобызает ее и ставит перед нею свечи, дает возможность еще раз перенестись мыслию на Голгофу и привести себе на память то великое дело искупления нашего, которое начато Спасителем нашим Иисусом Христом на Голгофе и завершено Его вознесением на небо. Несение Плащаницы, при пении тропаря вознесению, в алтарь на голове священником бесспорно и будет прямым ответом на мысли и думы истинно молящегося христианина, стоящего при гробе Спасителя. С пробожденным ребром и израненными ногами и руками, что каждый из молящихся будет видеть перед своими глазами в Плащанице, – вот с какою благодарностью от облагодетельствованного от него человечества, вознесся на небо и сел одесную Бога Отца Спаситель наш. Поистине эта картина есть безмолвная и самая красноречивая проповедь , а обряд только естественное и прямое дополнение к ней, дополнение, уже предносящееся в мысли всякого истинно-религиозного молящегося в храме в этот день... А. Дмитриевский Пособ. к изучению Устав. богосл. прав. церкв. Спб. 1874 г. стр. 611. Τυπικ. edit. Κωνσταντ. 1838 an. pag. 189; Тип. изд. Конст. Г. К. Протопсалт. 1860 г. стр. 293. Еἶτα ἀρχόμεθα τοῦ ἀσματικοῦ εἰς ἦχον πλ. β. προπορευομένοι ἔμπροοθεν τοῦ ἐπιταφίου, καὶ ἐξερχόμεθα τοῦ ναοῦ. ἐπειδὰν δ‘ ἐπανέλθωμεν, εἰσέρχεται ὁ πατριάρχης κατ` εὐθεῖαν εἰς τὸ ἱερὸν, καὶ γίνεται ἡ τάξις ὡς ούνηθες, τιθεμένου τοῦ ἐπιταφίου επὶ τῆς ἁγίας τραπέζης. Τυπικ. 1838 an. pag. 189. Conf. Тип. изд. Конст. 1860 г. стр. 293; Τυπικ. ἐκκλησιαστ. εκδοσ. τέταρτ. Βενετ. 1884 pag. 287. Тип. изд. Киев. 1824 г. л. 394 об. Устав, ркп. М. Синод, библ. № 337 л. 440 об.; ркп. Типогр. библ. № 288 л. 500; ркп. Анз. ск. № 86 л. 537; Требн. ркп. М. Синод, библ. № 310 л. 84–92. Ркп. Солов. библ. № 1117 л. 210; ркп. М. Синод. библ. № 814 л. 261 об. – 262; ркп. Волокол. библ. № 338 л. 250. Ркп. Волокол. библ. № 342 л. 39 об., 40. Ркп. той же библ. № 338 л. 249 об. Ibidem, л. 250. Ркп. Волокол. библ. № 338 л. 252. Устав. ркп. М. Синод, библ. 12–13 в. № 330 л. 43 об., 44; ркп. 12 в. М. Типогр. библ. № 285 л. 13; Триод. ркп. 12 в. той же библ. № 255 л. 65 об.