На ниве Божией

Отходит постепенно в сторону тот исторический этап жизни Русской Церкви зарубежом, когда было необходимо перед всем миром оправдывать свое бытие , объяснять свое каноническое положение, ограждать чистоту нашего догматического исповедания особыми , церковными актами от обновленческих идей , определять наши взаимоотношения с различными церковными течениями и объединениями, возникшими вследствие удара по Православной Церкви, нанесенного революцией в России. На фундаменте незыблемом, каменном, исторически непрерывном, апостолами Христовыми положенном, совершается это строительство. Светом веры мучеников всех времен, святителей и подвижников оно освещается. Традиции, преданныя нам первыми созидателями Зарубежной Церкви, светлыя ; их личные жизненные примеры высокие. Остается продолжать их дело. Есть налицо благоприятныя условия для церковного дела в зарубежьи, а в частности, в Восточно-Американской епархии. Первое из них, очень существенное – наше пребывание в свободном мире, свобода исповедания и свобода строительства церковного. Ради обладания этим условием совершился великий исход за рубежи родной земли. Другое благоприятное явление – чувство соборности церковной, объединяющее нас, чувство единокровности, сливающее в одну душу жизнь епархий, приходов и общин Зарубежной Церкви в Европе, Азии, Африке, Америке и Австралии. Добрыя или, наоборот, безпокойныя для Церкви события в Палестине или в Южной Америке или в другом месте переживаются во всех наших православных уголках, как свои. И конечно, живо воспринимаются такия события в Восточно-Американской епархии, к тому же обладающей сравнительно большей возможностью отозваться реально на нужды дальних братий. Весь этот круг ценностей и благоприятной обстановки дан нам свыше для того, чтобы наполнять нашу церковную жизнь полноценным содержанием. Русская Церковь заграницей призвана светить добрым светом в мире, привлекать взоры тем лазурным, небесным оттенком окраски, каким светит ея Одигитрия, образ Знамения Богородицы. В чем эта светлая окраска должна выразиться? Она должна отражаться в нашем внутреннем мире и согласии, выражаться в нашем усердии, в твердости, в прямоте пути, в верности законам Церкви, в подчинении требованиям и уставам Церкви, в заботе о христианском воспитании молодого поколения, в отпоре разлагающим течениям мысли и соблазнам безрелигиозной культуры, наконец, в сохранении нашего национального облика. Вот смысл нашего церковного бытия, вот призвание нашей Церкви, вот правда пребывания Русской Церкви в зарубежьи. Нива церковного дела широка. Но разныя стороны этого дела можно объединить и выразить одним словом: oцерковление пacтвы . Оцерковление значит прежде всего: тесная связь с храмом, который есть училище веры и благочестия. Здесь уже мы сталкиваемся с неблагоприятным явлением жизни: с той поглощенностью трудом и материальной стороной , при которой слабеют и атрофируются в массе людской интересы высшего порядка, и люди предпочитают удовлетворяться в сфере духовной, и даже в религиозной, примитивностью. Если общий культурный уровень масс и поднимается, то уровень церковной культуры в ней скорее понижается. Для многих содержание православного богослужения в храме стало уже «твердой пищей». Для многих уже эта пища становится менее доступной, они видят внешность, но мало способны вникать в содержание. Отсюда так часто – незнание порядка служб посетителями храма и слабое понимание того, что читается и поется. А за этим идет, в снисхождение к ним, сокращение богослужений, пренебрежение уставностью, особое внимание к эстетической стороне в ущерб содержанию. Но если влияние богослужения, эта мощная сила духовного воспитания, перестанет действовать, то какая другая заменит ее? И потому один из главных вопросов церковных – как сохранить полное воспитательное влияние храма на чад Церкви? Как использовать благоприятныя условия и обезвредить неблагоприятныя? Как, сохраняя в богослужении его язык, его богатство, полноту и уставность, в то же время «растворить вино» так, чтобы оно было легко усвояемо для церковной массы? Ясно, что все это только обратная сторона ряда практических вопросов: Как сделать более доступной пониманию народа доносящуюся до его слуха с клироса церковно-славянскую речь. Как приблизить народ к церковной книге, научить его церковному чтению, Как достигнуть возможно большего участия молящихся в чтении и пении в храме, Как повысить внимание к самому содержанию чтений и пений и научить ценить строгий чин богослужения. Достигнуть успеха в этом направлении уже значило бы укрепить единство церковное, углубить любовь к родной Церкви, поднять религиозно-нравственный уровень паствы и, тем самым, осуществлять наше церковное призвание в зарубежном мире.