Знание отчасти и самопознание

( 1Кор. 13:12 ) «Теперь узнаю́ отчасти, тогда ж позна́ю так, как и (сам) познался я (- познал себя – познаюсь – познаю́ себя)». В 1Кор. 13:9–12 Ап. Павел желает дать возможно наглядное и общеубедительное представление о различии теперешнего нашего знания от будущего, когда из смертного и плотяно-душевного тела человеческого, по разложении его в земле, произрастет тело безсмертное и духовное, причем последний враг упразднится (для человека и его Спасителя Христа) смерть и Сам Сын подчинится Подчинившему Ему все, так что будет Бог все во всем ( 1Кор. 15:27–28, 35–57 ). Это различие Апостол, по обычаю, выражает сначала в общем положении или теме, а потом ближе и частнее раскрывает в трех наглядных пояснениях. Тема выражена так: отчасти (ведь) мы знаем (и отчасти пророчествуем), когда же настанет совершенство, (тогда) это отчасти упразднится (ст. 9), т.е. вместо теперешнего «частичного» знания ( ἐκ μέρους ) настанет знание "полное" или «совершенное» ( τὸ τέλειον ). Чем же должно различаться от теперешнего «отчасти» и в чем может состоять это будущее «совершенство» или «полнота» знания человеческого? На этот вопрос Апостол отвечает в следующих трех пояснениях, по мысли Апостола – общепонятных, общеизвестных и общеубедительных. Первое – речь, думы и разсуждения младенца и взрослого мужа : «когда я был младенец, – говорил как младенец, рассуждал как младенец; когда ж стал мужем я, – упразднил младенчество свое» (т.е. речи, помыслы и разсуждения младенца). Для каждого читателя послания, будет ли то коринфянин апостольского века или наш современник, вполне понятно и без труда может быть проверено это разъяснение Апостола. Ведь каждый взрослый муж был и младенцем, каждый по себе самому знает и на других легко может проверить разсуждение Апостола. Таким образом, Апостол основывается на самосознании и непосредственном опыте каждого человека, представляемого им, как нередко, в своем собственном лице. Знание будущее, говорит Апостол, стоит к настоящему в таком же отношении, в каком возмужалость находится к младенчеству. Это – не другое какое-либо новое и прежнему существенно -противоположное или ему совершенно чуждое состояние, например, чисто-духовное в отличие от телесно-духовного или переход духа в другой (нечеловеческий) образ телесности, но это – только развитие более совершенной и духовной телесности из теперешней плотяности и душевности, соответственно чему и знание человека достигнет высшей степени глубины, широты и ясности. Теперешнее знание человека по сравнению с тогдашним будет тем же, чем лепет и представления ребенка являются пред разумом и понятиями взрослого человека, азбука – пред наукою, грамотность – пред творчеством, ученье – пред знанием. Второе – зрение предметов чрез зеркало гадательно, и видение их лицом к лицу : «смотрим ведь теперь чрез зеркало в загадке, тогда ж – лицом к лицу» (ст. 12). Разяснение – опять вполне наглядное, общепонятное и доступное проверке каждого. Ведь всякий знает, что в зеркале только отражается и притом лишь внешний образ предмета, а не самый предмет в его существе и внутренней природе (даже животныя умеют отражение предмета отличать от самого предмета). Поэтому отражение в зеркале дает только возможность гадать , заключать и предполагать о предмете, а не видеть самый предмет лицом к лицу . Зеркало, например, отражает человека. Но это – не сам человек, его дух, тело, мысли и чувства, но только – тень человека, отражение световых волн от его внешнего облика. Чтобы знать этого человека, надо видеть не внешний только облик его в зеркале, но стать с ним в непосредственное общение, лицом к лицу. В отношении к духовному и душевному состоянию человека мысль Апостола совершенно ясна для каждого. В душевном состоянии человек только узнае́т и угадывает, чрез посредство внешних органов чувств и умозаключений, тайны бытия по отражению божественной действенности (идей и сил божественных) в плотяно-чувственной форме видимого мира, как в зеркале. Он смотрит на тени и образы божественной действенности и по ним уже гадает о невидимом существе Самоистины ( Рим. 1:19–20 ). Но когда из душевности перейдет человек в духовность и из-под плотяной земляности вырастет на простор духовной небесности, тогда разобьется это зеркало, он увидит истину лицом к лицу, чистым сердцем узрит Бога и дивную красоту божественной жизни будет созерцать непосредственно в ея Самоисточнике. Среди этих вполне ясных и личному опыту каждого доступных, а потому совершенно объективных и неотразимых, разъяснений тем неожиданнее встретить третье , если понимать его в общепринятом толковании: теперь знаю я отчасти, а тогда позна́ю, подобно как я познан (Русский Синодский перевод), – или Славян: ныне разумею отчасти, тогда же позна́ю, якоже и познан бых, при чем подразумевается субъект при страдательном: «Богом» или «от Бога». В подлиннике: ἄρτι γινώσκω ἐκ μέρους τότε δὲ ἐπιγνώσομαι καθὼς καὶ ἐπεγνώσθην, – варианты: γνώσομαι – только К – Моск. Син. Библ. 9 в. и εγω приб. пред ἐπεγνώσθην F gr Кембр. 9 в. G Дрезд. 9 в. d лат. Кларом. 6 в. (опуская et), – е лат. Петерб. 9 в. и Кипр. Hart. 1, 155, 8 в мн. кодд. см. примечание под чертою, – D gr* Кларом. 6 в. καθως και ω επεγνωσθην , где ω есть ошибка, может быть описка вместо εγω . Первый вариант, конечно, не имеет значения. Против второго все авторитеты, притом в экзегетическом отношении он ничтожен, так как это εγω не может указывать непременно на личный случай с Ап. Павлом (его обращение в христианство ), в виду наприм. Рим. 7:9, 13–14, 17, 20–21, 23–25 ; Гал. 2:19–20 ; 1Кор. 10:29–30 др. под. В чем же будет состоять разъяснение? Принимая ἐπεγνώσθην в страдательном значении и прибавляя к нему субъект действующий ὐπὸ τοῦ θεοῦ – «от Бога» или «Богом», толкуют изречение двояко, смотря по тому, в каком смысле понимают аорист ἐπεγνώσθην . Одни, как и славянский ( «познан бых» ), берут в значении прошедшего исторического и видят указание на событие обращения Апостола в христианство , когда он, на пути в Дамаск, был познан Богом и призван был Христом к вере и апостольству. Но при таком толковании вместо ожидаемого и соответственного прежним двум, объективно-ясного различия между теперешним и тогдашним знанием человека, получается нечто в высшей степени субъективно-личное, интимное, одного только Апостола Павла касающееся и только его личному опыту известное, следовательно, основывающееся не на проверке со стороны читателя и его опыту доступное, но требующее доверия к Апостолу и гадания о его знании знания Божия о нем. Кроме того, такое толкование теряет из виду всякую связь разъяснения с разъясняемым предметом. Апостол в таком случае говорит, что кроме указанных уже двух совершенно наглядных различий между теперешним и будущим знанием человека есть еще третье, именно такое: теперешнее наше знание есть только частичное и «отчасти», напротив тогда человек будет познавать или позна́ет также, как Бог познал Апостола Павла, призвав его чрез Христа на служение Себе. Строй и характер разъяснений Апостола разрывается вставкою чего-то таинственного даже и для самого Апостола, – чего-то неясного, недоступного опыту и проверке всех, как два предшествующия разъяснения. Очевидно, такое разъяснение было бы вообще не в обычае Апостола и не соответствует строю разсуждений его по данному предмету и в данном месте. Другие принимают аорист в неопределенном (настоящем) времени или гномическом значении, чему вполне благоприятствует сравнительный союз καθως и употребление аориста у новозаветных писателей ( Ин. 15:6 ἐὰν μή τις μέν ῃ ἐν ἐμοὶ ἐβλήθη ἔξω ... καὶ ἐ ξηράνθη , και συνάγουσιν ... καὶ ... βάλλουσι καὶ καίεται , – ст. 9 καθ ὼ ς ἠ ἠγάπησέν με ὁ πατήρ , κἀγ ὼ ὑμ ᾶ ς ἠ γάπησα , – 8:28–29: καὶ ὁ πέμψας με μετ ἐμοῦ ἐστίν. οὐκ ἀφῆκέν με μόνον , – 13:31–32: νῦν ἐδοξάσθη ... καὶ δοξάσει , – 1Ин. 2:27 : διδάσκει ... καὶ καθ ὼ ς ἐδίδαξεν , – Марк. 3:21 ἐξέστη ср. ст. 22: Βεελζεβοὺλ ἔχει , – Иуд. 1:14 ; Апок. 10:7 , – в сравнениях Мф. 13:44 : εὑρ ὼ ν – ἔκρυψεν καὶ – ὐπάγει καὶ πωλεῖ cp. ст. 46, 48. Иак. 1:11, 24 , – 1Пет. 1:24 из Ис. 40:7 (LXX), – cp. Паст. Epмы Vis. III, 12, 2: κατελείφθη – ἐξηγέρθη – ἐνεδύσατο – οὐκέτι ἀνάκειται ἀλλ’ ἕστηκεν κτλ . 13, 2: ἐπελάθετο – προσδέχεται κτλ , – и в частности у Ап. Павла: 1Кор. 7:28 : ἐὰν γαμήσ ῃ ς , οὐχ ἥ μαρτες καὶ ἐὰν γήμ ῃ οὐχ ἥ μαρτεν , – 8:2: ει δέ τις δοκεῖ ἐγνωκέναι τι , ο ὔ πω ἔγνω καθ ὼ ς δεῖ γνῶναι , – о Боге 2Тим. 2:19 : ἔγνω Κύριος и Рим. 8:29–30 : προέγνω – προώρισεν – ἐκάλεσεν – ἐδικαίωσεν – ἐδόξασεν (Blass, Grammatik des Neutestamentlichen Griechisch, 2 Aufl. 57, 9 S. 198; cp. Иов. 6:17 : καθ ὼ ς – οὐκ ἐπεγνώσθη – ο ὕ τως κἀγ ὼ κατελείφθην – ἀπωλόμην ἐγενόμην , – сюда же можно в качестве иллюстрации отнести вариант в кодексе С 5 ст. и у древних христианских писателей к Матф. 11:17 ἔγνω – аорист вместо настоящего ἐπιγινώσκει ). При этом первое лицо глагола берется в примерном значении, как нередко у Ап. Павла (ср. выше), – и здесь же в первом разъяснении («когда я был младенцем...»). Перевод будет такой: « тогда же познаю так, как и я познан или познаю́сь Богом, или: как Бог познае́т человека ". Но и при таком толковании разъяснение Апостола не имеет надлежащей силы, общепонятности и наглядности. Возникает необходимый и неразрешимый вопрос: какое же познание Бог имеет о человеке? С библейской, и в частности Павловой точки зрения, ближайшего и ясного ответа на этот вопрос не может быть дано. В том же послании выше Апостол выразительно утверждает, что Божиего никто не знает, кроме Духа Божия... ибо кто познал ум Господень ( 1Кор.2:11, 16 ; ср. Рим. 11:34 из Ис. 40:13 ; Ин. 1:18, 6:46 др.). О дне и часе второго пришествия Христова не знают даже Ангелы и Сын ( Мф. 24:36 ; Мк. 13:32 ). Приходится поэтому довольствоваться лишь общим и отвлеченным понятием совершенства познания Бога о человеке, как частного проявления совершенств Верховного Существа. Но тогда Апостол ничего бы не сказал нового в этом третьем предложении сравнительно с темою, – он только повторил бы тему, но в менее понятном выражении («как и Я познан» вместо: «совершенно»). Такое явление – совсем не в характере психологии разсуждений Апостола. Да и мог ли Апостол думать, что его Коринфские читатели, не посвященные в логическия и метафизическия тонкости раввинской теологии, поймут такой необычный для греков оборот для совершенно простого и в теме уже выраженного понятия « совершенства ». Наконец, и теологически Апостол не мог сказать, что тогдашнее человеческое познание будет совершенно, в каком бы то ни было отношении, как совершенно познание Бога о человеке. Как со стороны объема, так и содержания, а равно и качества, – познание человека всегда будет безконечно ниже божеского, если даже и Ангелы не чисты пред Богом, – и в них Он усматривает нечто стропотное, – и они не знают о дне и часе второго пришествия Сына Божия, – и они желают проникнуть в тайну боговоплощения ( 1Пет. 1:12 ). Обыкновенно приводимыя для такого толкования параллели доказывают совсем противное. Ранее в том же послании 8:3 Апостол говорит: если кто думает, что знает что́, (тот) еще не узнал, как должно знать; если же кто любит Бога, сей познан от Него εἰ δέ τις ἀγαπ ᾶ τὸν θεὸν , ο ὗ τος ἔγνωσται ὑπ ’ αὐτοῦ . Прежде всего: речь здесь о любви, как основе и выражении познания не божеского, а человеческого ( τις ), не познания человека Богом , а познания Бога человеком . Затем: по общему правилу местоимение ο ὗ τος – " сей, этот « относится к ближайшему пред ним существительному (здесь τὸν θεὸν – Бога ), а не к дальнейшему (здесь τις – " человек, кто "), как ἐκεῖνος – " оный, тот ». В противном случае естественно бы ожидать устранения двусмыслия каким-либо образом. Следовательно перевод должен быть такой: «кто любит Бога, Сей (Бог) познан от него (тем, кто любит Бога)», – Бога знает тот, кто любит Его. Речь стало быть о познании человеком Бога, а не Богом человека. Далее: очевиднейшею параллелью и полным ручательством правильности такого толкования служит 1Иоан. 4:7–8 : « π ᾶ ς ὁ ἀγαπῶν – γινώσκει τὸν θεον , ὁ μὴ ἀγαπῶν οὐκ ἔγνω τὸν θεόν : «всякий любящий – знает Бога, не любящий не познал Бога». Наконец: если даже под ο ὗ τος разуметь человека, а под ὑπ ’ αὐτοῦ Бога, то и тогда получается существенное различие между обоими местами, так как в первом употреблен простой глагол ἔγνωσται и субъект действующий указан выразительно, а во втором стоит сложный ἐπεγνώσθην и без выразительного указания на действующий субъект, что́, как увидим, имеет решающее значение для определения субъекта, действующего при этом глаголе, – кроме того, речь здесь о познании не в гносеологическом смысле, как в 1Кор. 13:12 , а в сотериологическом и нравствено-практическом. В качестве второй параллели указывают на Гал. 4:9 : «но тогда (в язычестве) вы, не ведая Бога, рабствовали не сущим по природе богам; теперь же, познав Бога, вернее же познанные от Бога , ка́к обращаетесь опять к немощным и бедным стихиям...» νῦν δὲ γνόντες θεόν , μ ᾶ λλον δὲ γνωσθέντες ὑπὸ θεοῦ . Но и здесь опять: о Боге употреблен γινώσκω , а не ἐπιγινώσκω , и действующий субъект при страдательном не опущен, а указан выразительно. При том здесь речь не о познании в гносеологическом смысле, как в толкуемом 1Кор. 13:12 , но о вере и нравственно-практическом познании Бога человеком и человека Богом, т.е. разумеется спасение, совершаемое Богом не по закону дел, а по закону веры и милости. Таким образом, и здесь нет никакой параллели нашему месту, или же есть антипараллель, доказывающая противное ( γινώσκω и выразительное указание действующого субъекта). То же наконец и во Вторз. 34:10: Μωσῆς ὅ ν ἒ γνω κύριος αὐτὸν πρόσωπον κατὰ πρόσωπον . И тут о Боге ἔγνω, а не ἐπέγνω, – залог не страдательный, а действительный, с ясно выраженным субъектом действующим а не ἐπέγνω , – залог не страдательный, а действительный, с ясно выраженным субъектом действующим, – и речь о познании не в гносеологическом отношении, а об историческом факте ( Исх. 33:11 ; Числ. 12:8 ). Надлежащее уразумение мысли Апостола дается следующими соображениями: 1)  Мы сказали, что для определения опущенного при ἐπεγνώσθην субъекта действующего имеет существенную важность этот, употребленный Апостолом, сложный с предлогом глагол. Сложность эта оттеняет и некоторую сложность выражаемого глаголом действия или состояния, его процессность, соотносимость и под. Применимый к человеку, как существу ограниченному, условному и сложному, – он мало соответствует представлению о Боге, как существе простом, безусловном, неограниченном и несоотносимом, – в Коем нет изменения и ни тени перемены ( Иак. 1:17 , – ср. Числ. 23:19 ; Мал. 3:6 др.), или, как Филон выражает это, «Бог (Сущее, как сущее) не имеет отношения к чему-либо», т.е. не из соотносимых или условных существ ( οὐχὶ τῶν πρός τι – De nom. mut. Wendl. 3, 161. § 27). Поэтому мы говорим о Боге простыми: ведает, знает, внемлет, зрит под., но невольно как-то избегаем сложных: разведывает, разузнает, познает, присматривается, всматривается, вслушивается под. Так это и в греческом библейском языке по отношению к употреблению простых γινώσκω , οἶδα , ὁράω и сложного ἐπιγινώσκω . Постоянно употребляемый о человеке (около 143 раз), ἐπιγινώσκω можно признать неупотребительным о Боге, так как в каноне еврейском он встречается только один раз у Иерем. 24:5 в речи пророка, в будущем времени, и притом не в гносеологическом значении «знания» и не для определения «познания Божия», а в смысле именно «признания», «оценки», «определения качества». И еще трижды у Сираха ( Сир. 15:19–20, 18:10–12, 44:23–26 ), при чем в первом месте речь человекообразная ( ὀφθαλμοὶ αὐτοῦ ) и во всех – не в гносеологическом значении «знания», а в нравственно-практическом смысле «признания». В Новом Завете из 43 или 44 раз глагол трижды употреблен об Иисусе Христе, конечно, по Его человеческой стороне: Марк. 2:8, 5:30 и Лук. 5:22 , – и однажды о Боге – Отце и Сыне вместе, в речи Христа у Матф. 11:27 : οὐδείς ἐπιγινώσκει τὸν ὑιὸν εἰ μὴ ὁ πατήρ , οὐδὲ τὸν πατέρα τις ἐπιγινώσκει εἰ μὴ ὁ ὑιός , при чем прямыми и ближайшими подлежащими при глаголе являются οὐδείς и τις , т.е. мыслятся на первом плане люди, а не Отец и Сын. Кроме того, имеется важный вариант с γινώσκει в первом и опущением во втором, встречающийся у таких древних авторитетов, как код. С Ефр. Сир. 5 в. Лат. и Вульг: novit (а не cognoscit), Иуст. Муч. Tryph. 100 Otto ed 3 p. 356, D, – Евс. Conrta Marcell 88 d нек. кодд. Дидим De Trin. 26. 72. Злат. к эт. м. (В Сир. Кур. опущ. второе ἐπιγινώσκει , – в Сир. Син.?). Кроме того, много цитат у древних писателей имеем с ἔγνω вместо ἐπιγινώσκει: Clem. Homil. 17, 4, – 18, 4. 13. 20 ed. Schwegl. 363. 383. 391. 397, – Маркосиане у Ирин. 1, 20. 3 ed. Stier. 222, – Иуст. Apol. 1, 63, otto 172, D cp. 174, В, – Клим. Алекс. Pott. 10. 109 425, 697. 866 – Ориген ed. Rue. 1, 643. e, 726. a, 2, 537. d, – 4, 284. b, 540, b дважды – Антиох. собор в посл. Павла Самос, у Routh’a 3, 290, – Евс. Dem Evang. 149. b, – 216, d, – C. Mrcl. 72. с (см. у Tregelles’a и Tischendorf’a). Нет, конечно, критико-тексуальных оснований предпочесть этот вариант (кроме авторитетов за первое чтение говорит и то, что оно нисколько не препятствуется и теологически, ибо ἐπιγινώσκει , как мы говорили, ближе и прямее относится не к Отцу и Сыну, а к «никто» и «кто» – ни один человек , как в сир.). Однакож он в высшей степени важен для нас тем, что вскрывает, так сказать, психологию древне-христианского обращения, с терминами γινώσκειν и ἐπιγινώσκειν . Очевидно ἐπιγινώσκει о Боге также мало соответствовало теологическому сознанию древних, как и, например, «разузнае́т Бог» нескладно звучит для современного богослова. Поэтому же и существительное ἐπιγνώσις , как и глагол ἐπιγινώσκω , указывающие как бы на усиление акта познавания и на высшую ступень знания собственно человеческого ( Лк. 1:4, 22, 24:16, 31 ; cp. 1Кор. 14:37 – особенно 2Кор. 1:13–14, 6:9 ), из 20 случаев ни разу не употреблено о Боге в Новом Завете. В Ветхом же Завете термин встречается только 8 раз, и ни разу – о Боге; тоже прилаг. ἐπιγνώμων – 4 раза, и ни разу о Боге. Вместо того у Ап. Павла употребляются о Боге всегда только простыя: γινώσκει в настоящем времени 1Кор. 3:20 , – ἔγνω – аор. в значении настоящего 2Тим. 2:19 , – γνωσθε᾿ντες ὑπὸ θεοῦ в причастии страдального аориста с указанием на Бога, как действующий субъект Гал. 4:9 , – тоже в 1Ин. 3:20 : γινώσκει πάντα , – и постоянно, за исключением трех вышеприведенных случаев, в евангелиях даже о Христе, хотя Его человеческая сторона допускала и употребление глагола ἐπιγινώσκειν : Мф. 12:15, 16:8, 22:18, 25:24, 26:10 ; Мк. 8:17 ; Лк. 7:46 cp. 39; 16, 15; Иоан, ἐπιγινώσκω совсем не употребляется – и о человеке) 2, 24. 25; 4, 1, 53; 5, 6. 42; 6. 15; 10, 14. 15. 27; 16, 19; 17, 26, – затем ο ἶ δα 2Кор. 11:11, 31, 12:2, 3 ; 2Пет. 2:9 ; Иоан, часто в Евангелии; Апок. 2:2, 9, 13, 19, 3:1, 18, 15, 7:14, 19:12 , – и ὁ ράω у Ин. 1, 18, 3:32, 6:46, 8:38 . Наблюдения эти со всею необходимостию статистики вынуждают заключение, что Ап. Павел не мог бы употребить сложный глагол ἐπεγνώσθην о божественном ведении в гносеологическом смысле. Как в Гал. 4:9 ; 1Кор. 3:20 ; 2Тим. 2:19 cp. 1Ин. 3:20 и, если даже угодно, 1Кор. 8:3 , – он поставил бы простой ἐγνώσθην , т.е. сказал бы: « тогда же позна́ю так, как и» не: « познан я ", или " познаю́сь Богом " или " познае́т меня Бог ", но: " знаем, знаюсь Богом " или " знает меня Бог ». Стало быть, в качестве субъекта действующего при ἐπεγνώσθην Апостол разумеет не Бога, а человека, – говорит не о знании Божием , а о познании или познавании человеческом , не о боговедении , а о человекопознавании . 2) Мы говорили уже, что в первых двух разъяснениях (младенец и муж, зеркало-загадка и лицом к лицу) темы (знание отчасти и знание совершенное) будущее совершенное познание человека раскрывается чрез сравнение разных ступеней или видов человеческого же познавания. Это естественным образом предрасполагает и в третьем, всецело первым двум соответствующем, разъяснении видеть сравнение разных ступеней или видов тоже человеческого , а не божеского, познания. 3) Апостол не дал бы, о чем также было уже замечено нами, никакого ближайшего пояснения относительно различия теперешнего и тогдашнего познания человеческого чрез сравнение его с познанием Божиим, как недоступным, по учению самого же Апостола, сознанию человека и не умопредставимым для него (см. выше). Апостол только повторил бы уже высказанное в теме и совершенно отвлеченное положение, что тогдашнее человеческое познание вместо теперешнего несовершенного и частичного будет полное и совершенное, выразив притом эту простую мысль вместо прежнего ясного и прямого положения в весьма неясном и требующем толка: «как и познаю́сь от Бога» или «как и Бог знает меня». 4) Да и теологически, повторим, уравнение познания человеческого, хотя бы и будущего и совершенного, с познанием Божиим может возбуждать недоумение, ибо ни по содержанию, ни по объему, ни по качеству – человек никогда не в состоянии иметь такое же познание, какое имеет Бог о человеке, – во всех отношениях и о всех предметах познание человеческое всегда должно оставаться ниже знания божественного, – быть именно познанием , а не знанием , если даже «Ангелы и Сам Сын» по человеческой природе Своей не обладают таким знанием (ср. выше). 5) Судя по 1Кор. 8:3 и Гал. 4:9 при страдательном ἐπεγνώσθην Апостол поставил бы ὑπὸ θεοῦ , если бы говорил о познании Божеском. Если же он, вопреки своему обычаю, не делает этого, то очевидно при том только единственном условии, что субъект действующий при страдательном «я – человек» дан уже в самом глаголе ἐπεγνώσθην и сам собою ясен для каждого читателя. А это возможно только тогда, когда действие глагола обращено на самый же субъект действующий, т.е. при возвратном значении глагола, – в данном случае: «я» – «от себя». Поэтому перевод и смысл изречения будут: «теперь отчасти узнаю́ , тогда ж позна́ю так, как и (я сам) познался (познал себя) – познаю́сь (познаю́ себя) », – а в славян: « ныне знаю отчасти, тогда же познаю, якоже и познахся ». Теперешнее знание отчасти перейдет в тогдашнее самопознание . 6) В пояснение к такому переводу заметим: а. Уже в греческом классическом языке страдательное и среднее значения глаголов для своего выражения имеют большинство общих форм, не различающихся этимологически. Наиболее резко это различие дано в прошедшем совершенном и аористе, но и здесь страдательное и возвратное значения часто не различаются. б. В диалекте κοινή такое смешение было еще обычнее, как надо думать на основании новогреческого языка, многими и глубокими корнями своими, по новейшим изследованиям, сидящего в почве эпохи κοινή . в. В частности для новозаветного языка можно указать: ἐγεννήθη – γεννηθέν Мф.1:16, 20 – ( προς ) κολληθήσεται Мф. 19:5 и Еф. 5:31 из Быт. 2:24 – προσεκλίθη Деян. 5:36 – ὤ φθην Деян. 26:16 – ταπεινώθητε Иак. 4:10 и 1Пет. 5:6 – ἡ ἀγάπη ἐφανερώθη 1Ин. 4:9 – и у Ап. Павла Рим. 4:20 οὐ διεκρίθη τῇ ἀπιστίᾳ, ἀλλὰ ἐνεδυναμώθη τῇ πίστει, – 21 πληροφορηθέις , – 6:17–18 παρεδόθητε – ἐδουλώθητε , – 1Кор. 7:11 τῷ ἀνδρὶ καταλλαγήτω , – 2Кор. 5:20 καταλλάγητε τῷ θεῷ , – Рим. 5:10 κατηλλάγημεν τῷ θεῷ , – 1Тим. 3:16 ἐφανερώθη , ὤ φθη , ἀνελήμφθη : ср. латин. servari, delectari servare se, delectare se (Winer – Lünemann, Grammatik des Neutestamentlichen Sprachidioms, § 39. 2. S. 245). г. Но по всему видно, что Ап. Павел думал на арамейском языке (т.е. на своем природном, на коем говорили тогдашние иудеи), а по-гречески только писал (ср. Деян. 21:40, 22:2 ), переводя так сказать свои мысли на греческую речь тогдашнего диалекта κοινή . В таком случае возвратное значение ἐπεγνώσθην станет для нас еще понятнее, ибо в арамейском языке (сирском и халдейском) для страдательного и возвратного значения существует только одна форма, образующаяся чрез приставку спереди к корню слога "эт" или "um" в формах «итпеел – итпаал – иттафал» в халдейском и «этпеел – этпаал – эттафал» в сирском. Эта страдательно-возвратная форма, именно "этпеел" от глагола «йеда» – «познавать, сознавать, cognoscere» , – и стоит в сирском переводе греческого ἐπεγνώσθην . Итак, различие между настоящим и будущим познанием нашим Апостол разъясняет указанием на ту разницу, какая теперь существует между нашим знанием внешнего мира посредством внешних чувств тела душевного и между нашим самопознанием, непосредственным и внутренним знанием себя самих. Чрез внешния чувства мы узнаем только образы предметов или феномены вещей, а не нумены их, не внутреннюю их сущность. Напротив, самопознание дает нам ведение о самом внутреннем существе нашего я, о нашем духе, его природе, свойствах и проявлениях, – самодостоверное и внутреннее познание. Не чрез умозаключения, догадки и предположения, как бы чрез зеркало и в загадке, – а непосредственно, самодостоверно и лицом к лицу, – я познаю себя, ибо субъект познающий здесь есть и объект познаваемый. Это – старинное γνῶθι σεαυτόν и позднейшее cogito ergo sum (cp. 2Кор. 13:5 ). Яснее, истиннее и достовернее самопознания для человека, как и для всякого духовно-личного существа, нет и быть не может никакого другого знания (l Кор. 2:11). Причина такой перемены нашего знания, по Апостолу, заключается в том, что теперешнее наше душевное тело возрастает в тело духовное , вполне соответствующее духовной сущности нашего я и стоящее в непосредственно-внутреннем общении с божественным миром идей или нуменов . Теперь эти идеи – нумены передаются человеку только в виде явлений – феноменов, чрез посредство внешних чувств тела душевного. Тогда тело духовное станет в непосредственное, внутреннее и духовное отношение и дух будет отражать в себе эти, родственныя ему, сущности по их внутренней природе. Не извне, а извнутри человек будет познавать то, что теперь он узнает только извне чрез зеркало тела душевного и в загадке. В этом отношении, – т.е. по способу и образу, а не по содержанию, объему и качеству, – человеческое познание может сходствовать и с божеским знанием. Как Бог знает все не чрез посредство каких-либо внешних орудий, но непосредственно и всецело и всегда созерцает все в Себе Самом, в идеях Своего Разума и в Своем Логосе: так и человек, из душевности развившись в духовность, будет в себе самом познавать духовныя сущности бытия или божественныя идеи по их внутренней природе. Так как Бог будет все во всем ( 1Кор. 15:28 ), то и человек, как часть этого «всего», познавая себя, станет познавать в себе это «все», – в себе самом узрит Бога чистым сердцем ( Мф. 5:8 ), как и Сам Бог зрит все в Себе Самом, но только совершенным образом. Здесь наше толкование соприкасается и с древне-отеческим, так как истинное самопознание человека есть и богопознание. Разница в том, что, по-нашему, не богопознание служит у Апостола пояснением к человекопознанию, а наоборот – человекопознание или самопознание поясняет нам недоступную для нас тайну богознания. Апостол желает сказать: человек будет познавать (все, следовательно и Бога) так, как познае́т он себя самого, – откуда вывод: совершенство божеского знания состоит в том, что Он знает (все, следовательно, и человека) так, как человек познае́т себя самого (сходство самознания разумеется, повторим, по образу и способу, а не по качеству, содержанию и объему), – богознание есть самознание. А не наоборот: человек будет познавать так, как познае́т его Бог , – откуда вывод: человек позна́ет себя так, как познае́т его Бог, т.е. неведомым (только вообще совершенным) теперь человеку образом, при чем не получилось бы никакого пояснения в словах Апостола. Таким толкованием дается чистейшее теистическое или религиозно-библейское представление о Боге, в отличие от пантеистического и деистического . Разумея под Божеством личность, как бы ни определялась она, т.е. существо живое, разумное и волящее, самознающее и любящее, – иначе будут только слова, символы, мертвые абстракты, а не Бог , как сила живая – получаем такое различие: По деистическому воззрению, Бог вне человека и человек вне Бога. По пантеистическому воззрению, Бог только в человеке и человек есть Бог (вне человека нет Бога, как личности). По библейскому и религиозно- теистическому воззрению, человек (как личность ограниченная) в Боге (личности безграничной) и Бог не вне человека и не в нем только, но над человеком и вокруг него, ибо мы в Нем живем и движемся и существуем ( Деян. 17:28 ), – «все в Нем (Сыне Божием, Образе Бога Невидимого, Посреднике миротворения и Спасителе) состоит» ( Кол. 1:17 ср. 13 – 20), – и будет Бог все во всем ( 1Кор. 15:28 ). Получается такая схема разсуждений Апостола в 1Кор. 13:9–12 : Тема : теперешнее знание отчасти сделается тогда совершенным . Первое частное пояснение : совершенство тогдашнего знания будет представлять такое же развитие теперешнего знания, каким является знание взрослого человека по сравнению с его младенческим умом. Второе частное раскрытие темы : совершенство тогдашнего знания выразится в том, что это не будет уже нашим теперешним узнаванием внешних явлений феноменов чрез посредство внешних чувств, как чрез зеркало и в загадке , – умозаключительным и предположительным, – но познанием самой внутренней природы вещей или нуменов – непосредственным и лицом к лицу . Третье частное разъяснение общей темы : тогдашнее совершенное знание от теперешнего знания отчасти будет отличаться тем же и так же, чем и как теперешнее наше знание о внешнем мире посредством внешних чувств отличается от нашего теперешнего же знания себя самих или непосредственного самопознания: т.е. это – не узнавание внешних только явлений – феноменов посредством чувств гадательно, чрез зеркало тела душевного и по-младенчески, но познание внутреннего существа вещей или нуменов, – непосредственное, чрез самопознание, чрез внутреннее проникновение духовным телом в мир идей и чрез единение духа с Божеством. Прибавления: к стр. 301 стро. 13–15 сверху : кроме указанных Мф. 24:36 и Мк. 13:32 ср. еще Иов. 4:18 по LXX и 9:7 нек. ср. 25:5 Евр. 2:7 из Пс. 8:6 . К стр. 307 стро. 10 св . Деян. 26:14 . Стро. 21: йеда=евр. יד־ע стоит не только в возвратно-интенсивной форме «этпеел», но и в perfectumʾе (אחיד־עח), которое может указывать и на неопределенное время, подобно нашему настоящему и греческому aористу гномическому; К стр. 309 стро. св. Ср. Евр. 2:10 др.